Зачем Украине климатическая дипломатия

С 9 ноября в Анталии проходит 31-я Конференция сторон Рамочной конвенции ООН об изменении климата (Conference of the Parties, COP31). Эту конференцию ещё называют международными климатическими переговорами.

Многим украинцам эти переговоры до сих пор кажутся отдаленным дипломатическим ритуалом, на который во время войны не стоит обращать внимания. Однако именно здесь формируются правила, по которым распределяются триллионы долларов климатического финансирования. Здесь определяются подходы к углеродному регулированию, от которых зависит конкурентоспособность украинского экспорта. И здесь страны Глобального Юга формируют представление о том, кто является надежным партнером, а кто — угрозой.

У Украины нет мощного нефтегазового рычага, чтобы укрепить свою переговорную позицию. Но у нее есть другой весомый аргумент: от украинского зерна зависит продовольственная безопасность сотен миллионов людей.

Площадка, где пишут правила

Рамочная конвенция ООН об изменении климата — один из немногих международных форматов, где за одним столом регулярно собираются почти все государства мира. Каждое из них формально имеет право заблокировать решение.

Принятые здесь договоренности не остаются на бумаге. Постепенно они переходят в национальное и международное регулирование, влияют на условия доступа к финансированию и формируют новые стандарты на мировых рынках.

Украинские компании уже ощущают это на себе. Парижское соглашение стало политической основой Европейского зеленого курса, а тот, в свою очередь, — механизма углеродной корректировки импорта (CBAM). С 2026 года этот механизм создает дополнительные финансовые обязательства для импорта в ЕС отдельных товаров, в частности электроэнергии, стали, удобрений и цемента, в зависимости от углеродного следа их производства.

Правила международных углеродных рынков в соответствии со статьёй 6 Парижского соглашения, требования к раскрытию климатической информации, критерии, по которым банки развития отбирают проекты, — всё это связано с решениями COP.

Есть и второе измерение, не менее важное для страны, находящейся в состоянии войны. Конференция сторон — это две недели, когда в одном месте собираются министры, переговорщики, представители международных организаций, банков и бизнеса со всего мира. Для делегаций из Африки, Азии и Латинской Америки это зачастую главная ежегодная возможность приобщиться к глобальной повестке дня.

Россия это хорошо понимает. Она использует климатическую площадку, чтобы представить себя ответственным поставщиком энергии и продовольствия, наладить связи со странами Глобального Юга и показать, что санкционная изоляция не работает. Каждая переговорная сессия без Украины — это возможность для российских нарративов остаться без ответа.

Кто сильнее за столом переговоров

На ежегодных переговорах под эгидой ООН встречаются представители 198 сторон Рамочной конвенции. Здесь страны консенсусом решают, как распределить ответственность за борьбу с изменением климата и какие обязательства взять на себя.

Основные инструменты известны: переход от традиционной энергетики к возобновляемой, сокращение выбросов парниковых газов и другие меры по декарбонизации экономики. Здесь также договариваются об источниках и механизмах финансирования этих изменений.

Основной принцип таков: страны, которые исторически в наибольшей степени повлияли на изменение климата (Глобальный Север), должны помогать финансировать климатические меры в странах, чей вклад в глобальные выбросы значительно меньше (Глобальный Юг).

Общий объем климатического финансирования в различных секторах уже превышает 2 трлн долларов в год. Это огромные ресурсы, и каждая страна стремится получить к ним доступ на выгодных для себя условиях.

Как и в любых международных переговорах, многое зависит от переговорной силы государства: его политического влияния, экономического веса и способности отстаивать собственные интересы. Среди наиболее влиятельных участников климатических переговоров — Китай, Индия, Саудовская Аравия, а до недавнего времени и США, чей второй выход из Парижского соглашения вступил в силу в начале 2026 года. Существенные позиции сохраняет и Россия.

Историческая ответственность этих стран за изменение климата очень различна. Однако их влияние определяют прежде всего геополитические факторы: роль на мировом рынке нефти и газа, масштаб экономики, объемы выбросов и ресурсы, которые страна готова вкладывать в продвижение своих интересов. От этого зависит и присутствие государства на переговорах: сколько делегатов оно привозит, сколько параллельных сессий может охватить и в какие переговорные коалиции входит.

А как же Украина?

По традиционным критериям наша переговорная сила довольно ограничена, и быстро усилить её непросто. Причины объективны: война, отсутствие нефтегазового рычага и нехватка бюджетных ресурсов для климатической дипломатии.

Отсюда и сравнительно небольшая делегация. Пока Россия привозит сотни представителей и участвует во всех ключевых переговорных направлениях, Украина работает силами нескольких десятков человек.

Однако у нас есть весомый аргумент, который мы до сих пор использовали недостаточно, — роль Украины в глобальной продовольственной безопасности.

Аграрный сектор на климатической арене

Сельское хозяйство, в частности растениеводство, занимает особое место в климатической повестке дня.

С одной стороны, сельское хозяйство вместе с землепользованием — второй по масштабам источник глобальных выбросов парниковых газов после энергетики. В то же время это один из секторов, наиболее уязвимых к последствиям изменения климата: засухам, жаре и сильным ливням.

С другой стороны, аграрный сектор обладает значительным потенциалом для смягчения последствий изменения климата. В частности, почвы способны поглощать углерод из атмосферы и накапливать его в виде органического вещества. Почва — главный ресурс аграрного сектора, и от ее состояния зависят как продовольственная безопасность, так и достижение климатических целей.

Неслучайно на COP28 в Дубае роль сельского хозяйства впервые признали на столь высоком политическом уровне, приняв Декларацию об устойчивом сельском хозяйстве, устойчивых продовольственных системах и климатических действиях.

Именно благодаря аграрному сектору Украина может укрепить свои позиции на климатических переговорах, но этот потенциал пока используется недостаточно. Украина — один из ведущих мировых экспортеров зерновых и масличных культур. На глобальном рынке наша агропродукция имеет гораздо больший вес, чем продукция нефтегазовой, цементной, металлургической отраслей или электроэнергетики, которые традиционно находятся в центре климатической политики.

До полномасштабного вторжения Украина обеспечивала около 10% мирового экспорта пшеницы, 15% кукурузы, 15% ячменя и почти 50% подсолнечного масла. Этого хватало, чтобы покрыть продовольственные потребности примерно 400 млн человек, значительная часть которых проживает в странах Глобального Юга. И вопреки российской пропаганде Россия не способна полностью заменить украинский экспорт для стран с низким уровнем дохода.

От экспортного потенциала к переговорной позиции

Статус крупного экспортера продовольствия сам по себе ещё не гарантирует влияния на переговорах. Он становится дипломатическим инструментом только тогда, когда страна использует его в конкретных переговорных процессах, подкрепляет аргументы данными и связывает свои предложения с механизмами климатического финансирования.

Для Украины это означает работу как минимум в трех направлениях.

1. Аграрное направление переговоров. Совместная работа в Шарм-эль-Шейхе по вопросам сельского хозяйства и продовольственной безопасности должна завершиться на COP31. В то же время страны до сих пор не договорились о финансировании климатических мер в аграрном секторе и их интеграции в национальные планы. От будущих решений будет зависеть, какие аграрные практики смогут претендовать на климатическое финансирование и на каких условиях.

Украине важно отстоять два тезиса: роль стран-экспортеров в стабильности мировой продовольственной системы и необходимость учитывать военные риски для производства и логистики продовольствия.

Основа для этого уже есть. Рамочная программа ОАЭ по глобальной климатической устойчивости, принятая на COP28 в рамках Глобальной цели по адаптации, предусматривает отдельную цель, касающуюся устойчивого к изменению климата производства, поставок и распределения продовольствия.

2. Доступ к финансированию с учетом статуса Украины. Украина относится к странам Приложения I Рамочной конвенции как государство с переходной экономикой. Этот статус существенно ограничивает ее доступ к многосторонним климатическим фондам, ориентированным на развивающиеся страны. Поэтому возможности для финансирования декарбонизации аграрного сектора и восстановления земель следует искать за пределами традиционных фондов Конвенции: в международных финансовых институтах, инструментах ЕС, в частности Ukraine Facility, а также в частных инвестициях и углеродном финансировании.

Украинская переговорная позиция должна учитывать эти особенности. Речь идет не о претензиях на средства, предназначенные для стран Глобального Юга. Украина должна добиваться признания того, что разминирование и восстановление сельскохозяйственных земель — часть глобальных усилий по обеспечению продовольственной безопасности и адаптации к изменению климата. А значит, такие проекты являются обоснованным направлением для климатически ориентированных инвестиций.

3. Институциональный потенциал. Аграрный сектор имеет свою специфику в климатической политике. Характер его выбросов, методы их учета и способы сокращения существенно отличаются от энергетики и промышленности, вокруг которых традиционно строилась климатическая дипломатия.

Поэтому для защиты интересов Украины необходима отраслевая экспертиза: постоянный состав экспертов в делегации, специалисты по почвоведению, учету выбросов и аграрной экономике, регулярные консультации с аграрным бизнесом и научными учреждениями. Это позволит преобразовывать практический опыт отрасли в конкретные, обоснованные переговорные предложения.

Вместо заключения

Климатические переговоры — одна из площадок, где формируются правила климатического финансирования, требования к отчетности и подходы к развитию отдельных секторов экономики, в частности аграрного.

Влияние страны на этих переговорах зависит не только от её финансовых ресурсов или политического веса. Не менее важно, может ли она предложить решения проблем, которые волнуют многих участников. Продовольственная безопасность в условиях изменения климата — именно такая проблема, и Украине есть что предложить миру.

Чтобы реализовать этот потенциал, необходима последовательная работа: системное участие в ключевых переговорных процессах, развитие отраслевой экспертизы и более тесное сотрудничество государства с аграрным бизнесом и научным сообществом.