Полный Ормуз. Из-за войны в Персидском заливе ЕС и Украине не хватит газа
Хотя президент США Дональд Трамп придумывает новые методы давления на Иран — от объявления Ормузского пролива "новой территорией США" до "самых жестких санкций в истории" и "экономической операции" по изоляции Тегерана, полной деблокады Ормуза он не достиг. Штаты лишь проложили маршрут, по которому каждую ночь проходят до 20 судов.
Месяцы эскалации конфликта на Ближнем Востоке влияют на мировые энергетические рынки: от подорожания нефти и газа до выхода ОАЭ из ОПЕК. Еще одним следствием кризиса стало рекордно низкое заполнение газохранилищ ЕС перед отопительным сезоном.
Эксперты считают, что при тёплой зиме крупных проблем в Евросоюзе не будет. Однако что произойдёт в противном случае? К тому же от импорта газа из ЕС зависит Украина. Как блокировка Ормузского пролива повлияла на экономику ЕС? Урегулировал ли блок кризис с авиационным топливом? Хватит ли странам газа?
Как Ормузский кризис влияет на ЕС
Только за первые 44 дня войны США и Израиля против Ирана расходы Евросоюза на энергоносители выросли более чем на 22 млрд евро, заявила председательница Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен. В дальнейшем эта цифра только растала. На этом фоне Брюссель в мае снизил прогноз экономического роста блока на 2026 год с 1,4% до 1,1%. Прогноз по зоне евро сократился ещё больше — до 0,9%.
До начала войны в Иране ожидалось умеренный рост экономики ЕС и снижение инфляции, но после начала эскалации прогноз ухудшился. Годовая инфляция достигает 3,2% и превышает целевой показатель в 2%, установленный ЕЦБ. Главная причина — рост стоимости энергоносителей на фоне перебоев с поставками в Персидском заливе.
В Еврокомиссии потрясения на энергетических рынках называют "вторым шоком менее чем за пять лет" после 2022 года, когда вторжение России в Украину спровоцировало в ЕС самый тяжелый энергетический кризис за последние десятилетия. Там предупреждают, что зависимость блока от импортных ископаемых видов топлива делает его уязвимым каждый раз, когда геополитическая напряженность ставит под угрозу мировые поставки.
Брюссель ожидал, что торговля через Ормуз начнёт восстанавливаться не раньше сентября и будет ограниченной до конца 2026 года, а цены на энергоносители вернутся к базовым уровням к концу 2027 года. При таком сценарии инфляция в следующем году может достичь 3,5%, а темпы годового роста ВВП упадут до 0,7%.
В то же время в Chatham House признают: даже внезапное открытие Ормуза не решит проблему энергетической уязвимости Евросоюза, который "чрезмерно зависит от ненадежного и постоянно дорогого природного газа".
Низкие запасы перед зимой
С момента резкого сокращения объемов поставок российского трубопроводного газа в ЕС в 2022 году блок импортирует всё большие объёмы сжиженного природного газа (СПГ) из США. Если в 2021 году из США поступало 28% СПГ, то к 2025 году этот показатель вырос до 58%, а по итогам первого квартала 2026 года — до 63%.
Ожидалось, что Евросоюз будет все активнее привлекать Катар в качестве основного поставщика СПГ. До войны в Иране Доха стремилась удвоить свои экспортные мощности СПГ и стать вторым по величине мировым экспортером после США. Это позволило бы странам ЕС обеспечить крайне важную диверсификацию поставок.
Казалось, что ЕС научился жить без энергетических кризисов, а Россию как главного поставщика газа заменили США и Норвегия. Зима 2026–2027 годов обещала низкие цены и восстановление промышленности, но война на Ближнем Востоке всё изменила.
Во-первых, иранские ракетные удары уничтожили 17% мощностей катарского комплекса в Рас-Лаффане, который производит 20% сжиженного газа в мире.
Во-вторых, из-за бомбардировок Ирана цены на газ в ЕС >выросли до 50–60 евро за МВт-ч, что более чем вдвое превысило довоенные показатели. Когда наступило перемирие, нефть подешевела, а газ — нет: сейчас он стоит 60-65 евро за МВт-ч.
Такой скачок цен нарушает устоявшуюся схему закупок топлива в преддверии зимы. Традиционно летом газ дешевел, и к концу октября ЕС накапливал около 100 млрд куб. м. Однако этим летом цена не упала. Более того, запасы в хранилищах рекордно низкие: в начале августа там было всего 60 % (60 млрд куб. м).
Эксперты и участники рынка уверены: рекомендованный Евросоюзом уровень наполнения — 90 % к 1 ноября или 1 декабря — уже недостижим, и если зима будет суровой, то цены взлетят, а ЕС вновь погрузится в энергетический кризис.
Над этим злорадствует спецпосланник Путина Кирилл Дмитриев. "ЕС стоит перед угрозой энергетического кризиса по собственной вине", – написал он, добавив к твиту график заполняемости хранилищ и гифку Джона Сноу из "Игры престолов", где вместо "зима близко" написал "счета близко", имея в виду цены на газ и свет.
"Летом обычно всё спокойно, но не в этом году. В лучшем случае хранилища к отопительному сезону заполнятся на 70–80 %. Если зима будет мягкой — ничего страшного. Если будет холодно и безветренно — начнутся сложности", — предупреждает эксперт по энергетике из Колумбийского университета Энн-Софи Корбо.
По её словам, до войны в Иране США и Катар обещали увеличить поставки на мировой рынок, а цены отражали ожидания избытка газа, поэтому ЕС не спешил заполнять подземные хранилища к зиме, рассчитывая на падение цен летом.
Однако из-за затягивания войны на Ближнем Востоке эта ставка рискует не сработать, особенно на фоне конкуренции за СПГ со странами Азии. Кризис усугубляется из-за летней жары. "Когда началась война, я думала: ничего страшного, Азия будет потреблять немного меньше газа, но жара и кондиционеры привели к тому, что спрос там, наоборот, вырос", — говорит Корбо.
Пока продолжается иранская война, Евросоюз будет находиться в подвешенном состоянии, но всё может быстро измениться, подчеркивают в Оксфордском институте энергетических исследований (OIES). "Цены на фьючерсы указывают на то, что в январе газ, возможно, будет стоить дешевле, чем сейчас. Какой смысл наполнять хранилища летом, если зимой можно будет купить этот газ на рынке?" – пишут аналитики.
Европейское агентство ACER, которое координирует надзор за энергетикой во всех 27 странах ЕС, также уверено, что острого кризиса не будет, поскольку за последние годы блок обеспечил себя терминалами для регазификации сжиженного газа. "Мощности регазификации помогут компенсировать нехватку запасов в подземных хранилищах при условии адекватного предложения сжиженного газа", — заявляет ACER.
То есть, если иранская война закончится, ЕС спокойно переживет зиму. Впрочем, ситуация непредсказуема. "Может случиться что угодно. Например, украинцы взорвут российские газопроводы в Турцию или "Ямал-СПГ", или ураган в Америке повлияет на объемы экспорта газа. Тогда цены вырастут", — резюмирует Корбо.
Высокие цены и медленные темпы накопления газа в ЕС из-за проблем с импортом и жары могут ударить и по Украине на фоне обстрелов её газовой инфраструктуры и подготовки к очень сложной зимы. Это приведёт к удорожанию импорта.
Авиаотрасль: катастрофы не произошло
На фоне войны на Ближнем Востоке и блокады Ормузского пролива начало дорожать авиационное топливо, вынуждая перевозчиков сокращать рейсы и повышать цены на билеты. В апреле-мае авиакомпании называли новый кризис хуже пандемии, а эксперты ожидали системного дефицита топлива в мае.
Несмотря на значительное сокращение рейсов, в июне в ЕС после антикризисных мер объявили, что худшего сценария удалось избежать: ситуация с поставками топлива стабилизировалась благодаря наращиванию импорта из США и Нигерии.
Однако резкое подорожание топлива больно ударяет по региональным аэропортам и авиакомпаниям, ведь на закупку керосина приходится 25–30 % операционных расходов перевозчиков. Из-за этого они вынуждены сокращать убыточные маршруты.
По словам еврокомиссара по транспорту Апостолоса Цицикостаса, пассажиры могут ощутить полное влияние повышения стоимости билетов в конце 2026 года или в следующем году, когда истечет срок действия хеджирования. Вместе с тем он подчеркнул, что у ЕС есть стратегические резервы авиационного топлива и он готов реагировать на новые вызовы.
Еврокомиссар подчеркнул важность прекращения войны и возобновления обычного судоходства через Ормуз. "Это не только вопрос авиационного топлива или топлива в целом. Нас, возможно, ждёт глобальная рецессия", – предупредил Цицикостас.
Риск дефицита топлива не исчез, признают в Агентстве по безопасности авиации ЕС (EASA). В начале августа регулятор предупредил: устойчивый дефицит на фоне напряжённости на Ближнем Востоке может заставить аэропорты и авиакомпании ЕС активнее переходить с привычного авиатоплива Jet A-1 (имеющего более низкую температуру замерзания) на Jet A, которое чаще используется в США и Канаде.
Регулятор не испытывает серьезных опасений по поводу безопасности топлива Jet A, ссылаясь на его повседневное использование в Северной Америке, но опасается путаницы в переходный период, когда используются различные виды топлива. Особенно в тех случаях, когда экипажи или электронные диспетчерские системы ошибочно предполагают, что самолет заправлен топливом Jet A-1, тогда как на самом деле в его баках находится Jet A.
Такие ошибки могут иметь "серьёзные эксплуатационные последствия", поскольку снижают запас прочности во время дальних полётов, предупреждает EASA.
Дефицит моторных масел
Помимо дефицита авиационного топлива и роста цен на нефть и газ, война на Ближнем Востоке также привела к глобальной нехватке сырья для моторных масел.
В первые месяцы войны крупнейшие европейские автопроизводители Volkswagen и Stellantis использовали накопленные запасы моторных масел, импортированных с Ближнего Востока. Теперь запасы исчерпаны, а цены на масла группы III выросли в три раза — до 4 тыс. долл. за тонну.
Одна из главных причин дефицита — мартовский удар Ирана по заводу Shell в Катаре, после чего поставщики распродали запасы нефти для Европы и США.
"Альтернатив становится меньше. Даже если Ормуз откроется завтра, Европа и США получат новые партии нефти не раньше октября", — сообщают в Argus Media.
Автоконцерны начали искать других поставщиков и тестировать измененные рецептуры смазочных материалов, но рынок по-прежнему уязвим. "Новые перебои в судоходстве могут усугубить дефицит. Тогда замена масла для водителей по всему миру будет дорожать, а сроки обслуживания увеличатся", — предупреждает FT.