Не сидят на шее. Что украинцы дают польской экономике
После начала большой войны Польша приняла сотни тысяч украинских беженцев и упростила для них доступ к рынку труда. Правительство в Варшаве вместе с балтийскими союзниками Киева, пожалуй, наиболее активно проводило политику санкций против России и ускоренной интеграции Украины в Европейский Союз.
К тому же Польша одна из первых начала оказывать Украине военную помощь, стала центром подготовки украинских военных, а также логистическим и ремонтным хабом. Особое значение приобрел аэропорт Жешув-Ясьонка, который стал ключевым узлом международной военной помощи.
Однако с приближением президентских выборов 2025 года, на которых победил директор Института национальной памяти Кароль Навроцкий, в Польше стали громче звучать голоса консерваторов и правых популистов: от заявлений о неблагодарности Украины за оказанную ей помощь до высыпания украинского зерна во время блокирования границы и восклицаний беженцам вроде "Убирайтесь в Украину".
В повестке дня Польши вновь появились вопросы общего сложного прошлого: Волынская трагедия и УПА. Это стало причиной нового дипломатического скандала: Навроцкий лишил президента Владимира Зеленского ордена Белого Орла из-за присвоения одному из украинских подразделений названия в честь героев УПА. В ответ Зеленский вернул орден Польши "Новой почтой".
Варшава начала угрожать Украине блокированием вступления в ЕС "из-за Бандеры", а отдельные политики-популисты продолжили распространять тезис о том, что украинцы, якобы, "сидят на шее" Польши. Однако даже польские данные это опровергают.
Как украинцы на самом деле влияют на польскую экономику? Какова их роль в достижении ВВП Польши в 1 трлн долл.? Почему дальнейшее разжигание политического конфликта может навредить бизнесу по обе стороны границы?
Рынок труда и его влияние на экономику
Украинцы начали посещать Польшу в 1990-х годах после распада СССР с целью "челночной" торговли (покупка дефицитных товаров для перепродажи в Украине). Впоследствии наиболее распространенными стали сезонные сельскохозяйственные работы (сбор яблок и клубники), работа на строительстве и заводах, уход за пожилыми людьми.
Позже многочисленной группой среди украинских мигрантов стали профессионалы с высшим образованием и студенты. Из-за экономического кризиса 2014–2015 годов на фоне оккупации Крыма и начала войны на востоке сотни тысяч украинцев уехали на заработки, а после введения безвизового режима для украинцев в Польше их стало еще больше.
Gazeta Prawna, составляя список из 50 человек, оказавших наибольшее влияние на экономику Польши, разместила на втором месте собирательный образ украинского гастарбайтера.
"Строительство, сельское хозяйство, розничная торговля и сфера услуг на протяжении многих лет опираются на работников из Украины. Это мигранты, которых работодатели и общество знают и ценят уже много лет, они легко ассимилируются и культурно близки", – признавал Лукаш Мазуркевич из польского аналитического центра ARC Rynek i Opinia.
Украинцы давно перестали быть лишь рабочей силой. Они стали работниками, предпринимателями, потребителями и налогоплательщиками. Уровень занятости среди украинских мигрантов и беженцев достигает 70–80 %. Украинцы – это 5% всех работников в Польше. Больше всего их в промышленности, строительстве, сфере услуг и на транспорте.
"В Польше невозможно не работать, а мы, украинцы, не можем просто сидеть, сложа руки", – рассказывал в 2025 году Александр Белиба, который после 13 месяцев пребывания на фронте приехал в Варшаву работать в автосервисе своего друга.
В 2024 году беженцы из Украины генерировали 2,7% польского ВВП, свидетельствует совместное исследование Управления Верховного комиссара (УВКБ) ООН по делам беженцев и Deloitte. При этом уровень занятости вырос с 61% до 69% всего за год.
"Быстрое открытие Польшей своего рынка труда и возможность начать собственное дело позволили беженцам интегрироваться в экономику и обеспечивать себя преимущественно за счет работы. Их присутствие помогло вывести экономику на траекторию более динамичного роста. Беженцы — это не только получатели помощи, но и те, кто способствует экономическому росту", — подчеркивают авторы исследования.
Ожидается, что к 2030 году украинцы будут создавать 3,2% ВВП Польши. "Наш отчет развенчивает ряд мифов. Неправда, что влияние беженцев на польскую экономику негативно", — подчеркнул пресс-секретарь УВКБ ООН Рафал Костжинский.
На том, что украинцы приносят польской экономике больше пользы, чем получают помощи, подчеркнул на фоне политического конфликта с Варшавой и первый заместитель главы Офиса президента Украины Сергей Кислица. Он процитировал оценку польского Банка краевого хозяйства (BGK): в 2024 году украинские мигранты внесли в госбюджет Польши 15,21 млрд злотых (3,6 млрд долл.), тогда как выплаты по программе поддержки семей "800+" составили 2,8 млрд злотых.
Более того, в начале 2026 года Польский экономический институт (PIE) предупредил: украинские беженцы начали играть настолько важную роль в экономике Польши, что их возможное возвращение на родину окажет значительное негативное влияние.
По оценкам PIE, 40% взрослых мигрантов после окончания войны, скорее всего, останутся в Польше, но у большинства беженцев нет четких планов. "С точки зрения рынка труда это означает, что при менее благоприятном сценарии польский рынок труда может потерять полмиллиона работников-украинцев", — признали в институте.
Ряд польских политиков-популистов время от времени утверждает, что украинцы, якобы, отбирают рабочие места у поляков. Однако, по словам старшего экономиста Центра экономической стратегии Яны Охрименко, на самом деле в Польше в начале большой войны в Украине существовал значительный дефицит рабочей силы в ключевых отраслях.
"В Польше сильная промышленность, традиционно сильное сельское хозяйство. Учитывая мобильность в ЕС и высокое качество польского образования, любой поляк может в любой момент уехать в любую страну блока, создавая дефицит.
Благодаря тому, что волна мигрантов из Украины восполнила этот дефицит, значительное количество поляков перешло в более высокотехнологичное производство. Таким образом, украинские мигранты не только не отняли работу, но и улучшили положение польских работников в большинстве сфер", – заявила Охрименко.
Этот тезис подтверждает исследование ООН и Deloitte: приток большого количества работников-украинцев способствовал повышению средних зарплат поляков. Украинцы получали менее квалифицированные и низкооплачиваемые работы, тогда как поляки переходили на более квалифицированные и высокооплачиваемые.
Немало украинских беженцев выполняют работу, которая не соответствует их уровню образования. В 2024 году высшее образование имели 40% украинцев против среднего показателя 38% среди поляков, но лишь 12% украинцев работали в качестве менеджеров, специалистов или технических экспертов по сравнению с 37% польских граждан на соответствующих должностях.
К тому же многих сдерживает то, что они не владеют польским языком на достаточном уровне. По оценкам ООН и Deloitte, устранение таких пробелов в адаптации украинцев на рынке труда могло бы приносить Польше до 6 млрд злотых ежегодно.
О значительном вкладе украинцев в польскую экономику заявил экс-президент Польши (1995–2005 годы) Александр Квасьневский. "Украинцы работают официально, легально, платят налоги. В некоторых отраслях они играют чрезвычайно важную роль: в сфере услуг, в системе здравоохранения, в уходе за пожилыми людьми, в строительстве. Надо говорить об этом открыто: они — не проблема для Польши. Это шанс и для украинцев, и для польской экономики", — подытожил он.
Взаимная экспансия
По данным Евростата, в апреле 2026 года под временной защитой в Польше находились 971 тыс. граждан Украины. Всех украинцев там более полтора миллиона.
Ориентируясь на клиентскую базу, отечественные компании из самых разных секторов — от заведений общественного питания Milk Bar, Aroma Kava, Lviv Croissants и "Пьяная вишня" до "Новой почты", маркетплейса Rozetka, медиасервиса Megogo, ИТ-компаний и представителей пищевой промышленности – начали выходить на рынок Польши и других стран ЕС. В 2024 году каждое десятое новое предприятие открывали украинцы.
По данным Польского экономического института, в 2022–2025 годах украинцы зарегистрировали более 120 тыс. предприятий: 109 тыс. индивидуальных предприятий (аналог ФЛП) и 14,5 тыс. компаний с украинским капиталом. В 2025 году граждане Украины открыли рекордные 30 тыс. фирм – 10% новых предприятий соседней страны.
Для многих украинских компаний Польша стала не просто местом релокации после 2022 года, но и постепенно превратилась в площадку для масштабирования бизнеса, выхода на другие рынки и привлечения инвестиций. Особенно это касается технологического сектора, производственных компаний и сектора milltech.
Если в начале своего пути в Польше украинские компании делали ставку прежде всего на соотечественников-переселенцев и диаспору, то со временем начали переориентироваться на местных клиентов, а некоторые – двигаются дальше на запад.
"Сообщество украинских беженцев в ЕС довольно многочисленно, но ставка исключительно на эту клиентскую базу не является устойчивой долгосрочной стратегией", – пояснял основатель Lviv Croissants Андрей Галицкий. Компания открывает новые заведения не только в Польше и Чехии, но и в США и Южной Корее. В "Пьяной вишне" рассказывали, что почти 50% посетителей её польской сети баров — местные жители.
Польский бизнес, несмотря на войну, выходит на украинский рынок или расширяет свое присутствие. Польские сыры и яблоки привычны для украинских супермаркетов.
Ритейлер Pepco готовится открыть 100 магазинов, как Sinsay; маркетплейс Allegro будет конкурировать с Rozetka; продовольственная группа Maspex приобрела 80% производителя воды "Карпатская родниковая", а страховой гигант PZU стал владельцем крупнейшего игрока на украинском рынке страхования жизни "Метлайф".
Финтех-компания ZEN с экс-президентом Польши Анджеем Дудой в наблюдательном совете за 175 млн грн приобрела PINBank; энергетический концерн Orlen ведет переговоры о приобретении доли в "Укрнафте", а гигант сантехники Cersanit привлек кредит в размере 40 млн евро от ЕБРР на развитие бизнеса в Польше и Украине.
Единая позиция бизнес-ассоциаций
Быстрой деэскалации политико-исторических споров между Польшей и Украиной в ближайшее время не будет, особенно перед годовщиной Волынской трагедии 11 июля. Тем не менее, представители бизнеса из обеих стран синхронно настаивают на снижении напряженности и сосредоточении внимания на экономическом сотрудничестве, а не на истории.
"Мы должны думать о будущем, а не зацикливаться на прошлом. Стоит нормализовать отношения и вывести экономику из-под влияния спора, который должен быть прерогативой историков", – заявил Войцех Костжева, который возглавляет Polish Business Roundtable – объединение владельцев и топ-менеджеров крупнейших компаний Польши.
"Часть украинской экономики уже находится в Евросоюзе благодаря Польше", – говорит бизнесмен. С другой стороны, признает он, украинские работники являются важной составляющей экономической экосистемы Польши. То есть снижение напряженности политического конфликта и акцент на экономическом сотрудничестве выгодны и Варшаве, и Киеву.
Польские и украинские бизнесмены на конференции в Гданьске подчеркивали, что это лишь политический конфликт. "Мы хотим помочь и развивать бизнес. Крупнейшая война в Европе со времён Второй мировой — не время для исторических споров", — заявил Михал Ржепниковский. Его компания Endolink SA поставляет в Украину протезы.
Подобную позицию разделяет Совет предпринимательства Польши, который призвал стороны к диалогу. "Наши экономики связаны между собой крепче, чем когда-либо прежде. Почти миллион украинских работников и предпринимателей являются неотъемлемой частью польской экономики, а Польша — важнейшим торговым партнером Украины. Этот капитал доверия нельзя растратить", – говорится в заявлении ассоциации.
Её призыв к деэскалации напряжённости поддержала Украинский совет бизнеса (УСБ) – объединение 130 ведущих бизнес-ассоциаций. "Стратегическое партнерство Украины и Польши является одним из ключевых факторов безопасности, экономической устойчивости и конкурентоспособности Европы. Бизнес наших стран должен оставаться площадкой для конструктивного диалога, взаимного уважения и развития совместных возможностей даже в периоды политических или исторических дискуссий", – заявили в УРБ.