"Веселая" история: что открыли показания НБУ, Минфина и "Сенс банка" по делу "Мидас"

Глава Национального банка Андрей Пышный и представители государственного "Сенс банка" попали на записи разговоров фигурантов операции "Мидас".

В первой части так называемых "пленок Миндича" лицо, которое детективы Национального антикоррупционного бюро (НАБУ) идентифицировали как подозреваемого в организации коррупционных схем в энергетике бизнесмена Тимура Миндича, говорит с человеком, которого правоохранители называют тогдашним министром обороны Рустемом Умеровым. Они обсуждали выделение финансирования для нужд компании Fire Point.

"Ты Пышного вызвал?", - спросил Миндич. "А его нет в стране просто", - ответил Умеров. "А-а, вызови "Сенс". Там можно Кабмином", - сказал Миндич.

Во второй части " пленки" лицо, которое НАБУ идентифицировало как фигуранта дела "Мидас" Александра Цукермана, и человек, которого следствие называет экс-советником наблюдательного совета "Сенс банка" Василием Веселым, обсуждали назначение членов наблюдательного совета этого банка. Через 40 дней после того разговора Кабинет министров назначил всех обсуждаемых лиц на соответствующие должности.

5 мая состоялось заседание Временной следственной комиссии (ВСК) Верховной Рады по вопросам экономической безопасности, на которое депутаты вызвали представителей НБУ, "Сенс банка" и Министерства финансов.

Что известно о вероятной связи между государственным банком, главным финансовым регулятором и организаторами коррупционных схем?

Подконтрольный наблюдательный совет

"Сенс банк" стал государственным 21 июля 2023 года. До этого учреждение принадлежало подсанкционным российским олигархам Михаилу Фридману, Петру Авену и Андрею Косогову, и называлось "Альфа-банком".

После национализации правительство начало процесс формирования руководства банка. Первый наблюдательный совет назначили через несколько дней после национализации. В его состав вошли пять членов:

• Андрей Пронченко - бывший управляющий партнер PwC Legal Украина.
• Ростислав Дюк - председатель правления Украинской ассоциации финтех и инновационных компаний.
• Андрей Свистун, который с августа 2014 года работает начальником отдела по вопросам участия государства в капитализации банков Департамента финансовой политики Министерства финансов. В мае 2022 года его назначили в наблюдательный совет Укргазбанка.
• Владислав Власюк - уполномоченный президента по вопросу санкций;
• Шевки Аджунер, которого назначили председателем наблюдательного совета. До этого он работал в наблюдательных советах Ощадбанка, Укрзализныци, "Укрэнерго" и ряда других государственных компаний.

Во время заседания ВСК представители "Сенс банка" отметили, что именно с подачи Аджунера Василия Веселого и наняли как "советника наблюдательного совета" по договору гражданско-правового характера. Что именно он советовал представителям государства, как владельца учреждения, непонятно.

Собеседники ЭП в политических кругах называют Веселого "смотрящим" за "Сенс банком", который якобы согласовывал ключевые решения учреждения от имени власти и группы приближенных к ней лиц.

В конце концов, его имя "засветилось" на "пленках Миндича". По крайней мере, так детективы НАБУ идентифицировали лицо, с которым разговаривал фигурант операции "Мидас" (сейчас находится в Израиле) Александр Цукерман. Соответствующий разговор состоялся уже 9 мая 2025 года.

Именно в 2025 году правительство готовилось назначить новый состав наблюдательного совета, ведь предыдущий был сокращенным (5 вместо 9 членов) и временным, на время перехода банка в государственную собственность.

Как говорится в "пленках Миндича", Цукерман и Веселый якобы обсуждали новый состав наблюдательного совета банка. В частности, в разговоре звучали такие имена: Петр Новак, Ежи Шугаев, Ева де Фальк, Александр Щур, Николай Гладышенко и Олег Мистюк. Через 40 дней, 18 июня, правительство Дениса Шмыгаля назначило именно этих лиц в набсовет "Сенс Банка".

Во время заседания ВСК заместитель министра финансов Юрий Драганчук объяснил, что процесс отбора совета банка происходил в соответствии с законодательством и состоял из нескольких этапов. Сначала правительство объявило конкурс на HR-компанию, которая бы подбирала потенциальных кандидатов - как из Украины, так и из-за рубежа. Этот конкурс выиграла ООО "Экзекьютив Сёрч Юкрейн", которая до этого искала претендентов в наблюдательные советы ряда других государственных учреждений, в частности "Энергоатома" и "Приватбанка".

HR-компания сформировала длинный и короткий списки кандидатов, которые подала в номинационный комитет. В состав последнего входили два представителя Минфина (в том числе и Драганчук), в то время - заместитель министра экономики Алексей Соболев (ныне - министр экономики), представитель финансового комитета Рады Ирина Аллахвердиева (ныне - Кормышкина) и представитель Офиса президента Ирина Мудрая.

Кроме этого, в номинационный комитет входили представители миссии ЕС в Украине, Всемирного банка, ЕБРР и других международных организаций, но без права голоса. Они могли лишь высказывать свои замечания, задавать вопросы, однако прямого влияния на назначение не имели.

Далее, по словам Драганчука, проходил этап собеседований с кандидатами, которые вошли в "шорт-лист". После его завершения состав наблюдательного совета направили в Национальный банк, который их согласовал.

Соответствующее решение принимает профильный комитет НБУ, в который входят 9 членов. В ходе согласования регулятор проверяет репутацию отобранных кандидатов, а также привлекает к проверке правоохранительные органы, в частности СБУ, сообщил заместитель главы Нацбанка Дмитрий Олейник. Только после этого окончательный состав наблюдательного совета назначает Кабмин.

Назначенные лица, которые якобы согласовывались Веселым и Цукерманом, - люди с опытом работы в финансовом секторе. Например, Новак в 2022-2024 годах был членом правления польской PZU, а до этого - министром экономического развития и технологий Польши; Шугаев - бывший председатель правления "Кредобанка"; Щур - бывший член правления "Укрэксимбанка"; Мистюк - основатель и директор компании "Финансовые консультанты Трезуб" и член наблюдательных советов Национального депозитария и Расчетного центра (оба контролирует НБУ).

Главой наблюдательного совета банка назначили Гладищенко, члена правления "Укрфинжитла". Он вошел в совет как независимый член, а перед назначением НБУ попросил у него дополнительные заверения в его независимости.

С выбором Гладищенко в набсовет согласились не все. Так, Драганчук написал особое мнение по нему, отметив, что тот не подходит на эту должность из-за "ограниченного опыта", а представитель ЕБРР в номинационном комитете отметил, что у Гладищенко возможен конфликт интересов, ведь он работал в компании-партнере "Сенс банка".

Весь описанный процесс - от отбора внешней рекрутинговой компании до проверок и согласований членов набсовета Нацбанком, СБУ и Кабмином - должен гарантировать их независимость от политической власти, что, в свою очередь, должно обезопасить участие банка в политически мотивированном кредитовании. Однако в случае "Сенс банка" этот предохранитель мог не сработать.

По словам члена ВСК, депутата Вадима Ивченко ("Батькивщина"), кандидаты, которые хотели попасть в "шорт-лист", должны были пройти "собеседование" в Офисе президента. Об этом ему якобы сообщил один из претендентов, которого так и не выбрали.

По закону, наблюдательный совет государственного банка должен состоять из 9 членов, из которых 6 - независимые, а 3 - представители государства. Такое распределение не случайно, ведь это должно гарантировать, что совет будет работать в интересах не только власти или ее отдельных представителей, но и вкладчиков.

Почему назначение независимого наблюдательного совета так важно? Чтобы ответить на этот вопрос, следует выделить несколько ключевых функций этого органа. Во-первых, наблюдательный совет, как свидетельствует его название, занимается надзором за деятельностью правления, отвечает за внутренний аудит, управление рисковой деятельностью банка.

Во-вторых, наблюдательный совет может согласовывать отдельные крупные кредиты. Речь идет о займах, размер которых может превышать тот, который разрешено выдавать правлению банка. Как правило, речь идет о десятках, если не сотнях миллионов гривен.

Монополист игорного бизнеса

После легализации игорного бизнеса в Украине в 2020 году он так и не сумел полностью выйти из тени. Частично - из-за отсутствия государственной системы онлайн-мониторинга (ГСОМ), которая должна отслеживать движение денег, которые вносятся на ставки, и делать невозможным уклонение от налогообложения.

Однако даже без ГСОМ работа азартных компаний, в том числе онлайн-казино, находится под наблюдением системы финмониторинга банков. Ведь именно с их счетов и осуществляется большинство онлайн-ставок. Именно через банковскую систему распределяются выигрыши, с которых часто не уплачиваются налоги.

Собеседники ЭП на банковском рынке, в регуляторных органах и на рынке гемблинга неоднократно сообщали, что сейчас обслуживание игорного бизнеса фактически монополизировано. Право проводить операции с двумя платежными системами - Visa и Mastercard - имеет только "Сенс банк".

Как появилась соответствующая монополия - неизвестно. Однако она создавала неудобства для регулятора игорного рынка "Плей Сити", который даже проводил ряд встреч с участием банков, "Сенс банка" и НБУ. Последние некоторые из этих встреч проигнорировали.

Собеседники ЭП на банковском рынке и среди гэблинговых компаний сетуют, что монополию "Сенс банка" создали искусственно, в том числе при содействии НБУ. Мол, последний не штрафует государственный банк и "дает невербальные сигналы" другим банкам о том, что им "не стоит работать с азартным бизнесом".

По их словам, "Сенс банк" может брать "неофициальную" комиссию за обслуживание гемблинговых компаний. Например, официальная ставка комиссии за транзакции составляет 1,7%, но фактически компания платит банку 2,2%. Эти 0,5% якобы выплачиваются в виде "откатов" потенциальным бенефициарам схемы.

На самом деле в "Сенс банке" размер комиссионных платежей разный для разных гемблинговых компаний и зависит от их оборотов. По словам осведомленного собеседника ЭП в системе надзора, их размер колеблется от 1,1% до 2,2%, а с выплат в пользу игроков банк взимает от 0,3% до 0,7%.

Официально в НБУ эту ситуацию не комментируют. Неофициально же представители регулятора уверяли ЭП, что банки сами не хотят заходить на рынок обслуживания игорного бизнеса из-за его непрозрачности и потенциальных репутационных рисков. Монополию "Сенс банка" там объясняют тем, что в банке построена "профессиональная система финмониторинга и сформирован компетентный персонал с соответствующими навыками".

По словам члена ВСК Нины Южаниной ("Солидарность"), когда государство национализировало "Сенс банк", то уже имело для него "особую цель" - обслуживание игорного бизнеса. Глава финансового комитета Рады Даниил Гетманцев ("Слуга народа") также заявил, что банк вовлечен в масштабные схемы по обслуживанию теневого игорного бизнеса.

"Когда банк берет на себя функцию осуществления нелегальных платежей для азартных игр и фактически предоставляет эту услугу крупнейшим операторам - это одна большая коррупционная конструкция. Отдельный вопрос: почему этого не видел Национальный банк? Даже системно закрывал глаза на нарушения", - заявил он.

(Не)кредитование компаний

Ранее в Украине распространенной была практика выдачи госбанками политически мотивированных кредитов. Их выдавали, в основном, "Ощадбанк" и "Укрэксимбанк". Каждый раз после смены власти менялось и руководство этих финучреждений. Впоследствии они начинали кредитовать (часто на нерыночных условиях) бизнесы, приближенные к новой политической верхушке. Большинство таких кредитов не обслуживались, что привело к хронической убыточности госбанков, а впоследствии - их докапитализации средствами налогоплательщиков.

После реформы банковского сектора надзор за госбанками усилился. В них вводили наблюдательные советы, большинство членов которых были независимыми от политического руководства, чтобы исключить выдачу убыточных займов. После этого "Укрэксимбанк" и "Ощадбанк" начали выходить из убытков и даже показывать высокие финансовые результаты.

Национализированный в 2016 году ПриватБанк был образцовым в вопросах независимости надзорных органов и правления, в частности из-за повышенного внимания к балансу учреждения со стороны МВФ. Однако, как свидетельствуют "пленки Миндича", такая образцовая независимость могла не распространяться на "Сенс банк".

Во время заседания ВСК депутаты пытались узнать у его председателя правления Алексея Ступака, выдавал ли банк кредиты компаниям оборонной сферы, в частности Fire Point. Последняя компания "засветилась" в еще одном эпизоде пленок: когда якобы Миндич мог обсуждать поиск финансирования для компании с Умеровым. Миндич якобы советовал Умерову обратиться за деньгами в "Сенс банк" и Пышному.

Ступак отметил, что Fire Point не обращалась в банк о получении займа или открытии кредитной линии. Однако, по его словам, Умеров вызвал представителей банка на встречу, чтобы спросить о возможности кредитования военного сектора. Банк выдавать кредиты оборонным компаниям не согласился.

Отказ "Сенса" объясняется его финансовым состоянием. По словам Олейника, банк достался государству с существенными проблемами. Бывшие владельцы фальсифицировали отчетность и с 2012 года приняли около 10 тыс. сфальсифицированных решений. Они злоупотребляли банком, в частности для выдачи кредитов связанным лицам. Из-за этого реальный капитал банка не соответствовал требованиям НБУ, что, в конце концов, привело к его выводу с рынка и последующей национализации.

После национализации Нацбанк провел усиленный аудит "Сенс банка", привлекая для этого компанию Kroll, которая в свое время раскрыла схемы вывода средств из ПриватБанка. По итогам проверок оказалось, что во времена предыдущих владельцев в "Сенсе" функционировали "теневые" органы правления, через которые банком напрямую руководили подсанкционные владельцы. В частности, с помощью этих теневых структур банк мог помогать бывшим акционерам обходить законодательство, выводя из-под действия санкций отдельные промышленные активы.

Слова Олейника о схемах внутри "Сенс банка" и его работе в пользу подсанкционных владельцев прозвучали впервые. Ранее формальной причиной национализации "Сенса" называли его проблемы с капиталом и невозможность проведения докапитализации бывшими владельцами из-за того, что против них применены санкции.

Как следствие действий бывших владельцев, капитал банка нуждался в пополнении. Его докапитализация сейчас происходит путем внесения в капитал прибыли, поэтому банк не выплачивает дивиденды в бюджет. По словам Драганчука, согласно заключенному плану капитализации согласованного Минфином и Нацбанком, первые дивиденды "Сенс" должен направить в бюджет в 2028 году (по итогам 2027-го).

По словам Олейника, финансовое состояние "Сенс банка" не позволяет ему выдавать масштабных займов, в частности оборонным компаниям, ведь у банка для этого недостаточно капитала. В то же время есть ли в портфеле "Сенс банка" кредиты компаниям с орбиты Миндича - неизвестно, ведь это банковская тайна.

Отдельного внимания заслуживает упоминание на "пленках Миндича" Пышного, которого главный фигурант операции "Мидас" советовал "вызвать" Умерову. Нацбанк не может осуществлять прямое кредитование реального сектора экономики. Да и за выдачей кредитов банкам, чтобы те кредитовали оборонные компании, НБУ замечен не был.

Однако глава финансового регулятора может иметь влияние на сами банки, дав им "невербальный сигнал" о выдаче кредитов "нужным" компаниям. Банки же, опасаясь штрафов Нацбанка, такой сигнал поймут "правильно". В то же время сами пленки пока не дают ответа на вопрос, пользовался ли глава НБУ таким влиянием, а его упоминание в записанном НАБУ разговоре еще ничего не доказывает.

Сам Пышный в ответ на вопрос журналистов, отрицал любые контакты с фигурантами расследования и представителями оборонных компаний.