Креветки, сублиматы и инклюзивные пекарни: необычный бизнес Украины в 2025 году

Четвертый год большой войны украинские предприниматели продолжают работать в условиях неопределенности и нестабильности, страдая от российских ударов.

В 2025 году ЭП писала о бизнесах, которые удивляют нестандартными решениями и продолжают работать там, где, казалось бы, шансов почти нет. Они возрождают разрушенные производства, получают гранты, создают нишевые продукты и дают возможность работать тем, о ком государство иногда забывает.

Эти истории не только о прибыли или масштабировании, но и о выносливости, адаптации и умении начинать снова после потерь. Они о бизнесах, которые находят возможности и доказывают: даже во время войны можно развиваться, экспериментировать и мыслить "вне рамок".

ЭП собрала шесть историй самых интересных, необычных и несокрушимых бизнесов, о которых рассказывала в 2025 году.

От редакции. Малый и средний бизнес формируют более половины экономики Украины. Его представители не могут лоббировать свои интересы, как крупный бизнес, но они всегда приспосабливаются к условиям и находят новые пути для развития.

ЭП разделяет принципы, которыми руководствуются предприниматели в постоянном стремлении к росту, поэтому редакция будет делиться интересными историями о них. Эти истории не о потрясающем успехе и большом состоянии. Эти истории о том, как влюбленные в свое дело украинцы работают, дают работу другим и делятся опытом.

Как бренд сублимированной еды "Харчи" строил успешный бизнес, но потерял все за считанные часы

В 2017 году предприниматель Станислав Стародубцев основал компанию "Харчи" – бренд сублимированных и сушеных готовых блюд, которые пользуются спросом среди туристов и военнослужащих.

В отличие от сушеных продуктов, из которых воду испаряют теплом (как в обычной духовке), из сублимированных ингредиентов воду убирают холодом: продукт замораживают, затем помещают в вакуум и дальше испаряют влагу. Эта технология требует немалых вложений, ведь одна сублимационная машина стоит 150-200 тыс. долл. "Харчи" имели две такие установки.

Бренд продается через различные маркетплейсы. В 2020 году "Харчи" начали дистрибьюцию продуктов на Amazon, сотрудничают с магазинами "Ибис" и "Балистика", а также поставляли продукцию в Латвию.

В ночь на 17 июня 2025 года один из российских дронов прилетел в здание "Харчей" и уничтожил абсолютно все. За месяц компания смогла восстановить минимальные мощности уже на новом месте. Однако еще через несколько недель и они пострадали от российской атаки.

По словам Стародубцева, первое, что нужно сделать в подобной ситуации, – успокоиться: "Представьте, что у вас есть корова, которую вы доите каждый день. Если она умрет, вы же не будете жизнь самоубийством заканчивать". Компания собрала большой пакет документов и подала в суд на Российскую Федерацию.

За время, прошедшее после второго российского удара по компании, "Харчи" успели сделать три новинки – сушеные плов, борщ и харчо (по 189 грн). Также в ассортименте появились два сублимированных супа (по 319 грн), однако ингредиенты для них производят не на собственных мощностях, а заказывают за рубежом.

Предприниматель в разговоре с ЭП выразил благодарность людям, которые поддержали его бизнес донатами и заказами.

Как авантюра друзей из Львова превратилась в бренд сладостей с оборотом 200 миллионов гривен

История производителя сладостей MasloTOM начиналась без инвесторов, грантов или бизнес-планов – только старая кофемолка, идея, которая возникла в университете, и настойчивость. То, что начиналось как эксперимент с арахисом, за 13 лет превратилось в производство с оборотом 200 млн грн в год.

Выбор производить именно арахисовую пасту был неслучайным: друзья-студенты попробовали ее во время участия в программе Work and Travel в США. На тот момент в Украине этот продукт почти отсутствовал.

Первым оборудованием стала советская кофемолка: ребята попробовали смолоть арахис. Получилась хрустящая паста с грубым помолом. Механизм стал понятным и крафтовое производство начало понемногу развиваться.

Клиентскую базу формировали сразу: на баночках оставляли номер телефона с надписью: "Хочешь еще? Звони". Каждого клиента записывали в тетрадь, а когда он звонил, то получали "фидбек" и предлагали сделать новый заказ.

Когда производство масштабировали, владельцы столкнулись с "потолком" возможностей: в линейке одновременно было 30 вкусов арахисовой пасты. Впоследствии они расширили ассортимент и начали изготавливать шоколадки, карамельки, шарики, конфеты и "баТОМчики". Рынок отреагировал: продажи выросли.

Компания постоянно развивается, расширяет ассортимент и удивляет своих сторонников. Хотя относительно последнего пункта пользователи соцсетей еще не определились: хорошо это или плохо.

В декабре производитель оказался в центре внимания из-за провокационных постов в соцсети Threads, в которых использовались ругательства, оскорбления и высмеивались другие бренды. Часть аудитории восприняла это как смелый эксперимент, другие – как коммуникационный провал.

Впоследствии компания вышла с извинениями и объяснением, что это был эксперимент, к которому они отнеслись безответственно.

Как бывший антиквар из Ватикана выращивает под Киевом самые большие креветки в мире

История этого бизнеса поражает количеством случайных совпадений, случавшихся на пути будущего владельца креветочной фермы, которого с аквакультурой связывал разве что аквариум с рыбками в детстве.

Будущий основатель фермы "Украинская креветка" Алексей Слепнев работал антикваром в Ватикане. В 2014 году, когда началась российско--украинская война, он поехал волонтером на фронт к своему другу. Там он получил тяжелое ранение и благодаря прошлым связям попал на лечение в итальянский госпиталь.

В больнице Слепнев случайно познакомился с малазийским бизнесменом, который выращивал креветки. Тот пригласил украинца к себе, показал хозяйство и провел обучение.

Мужчина вернулся на родину и решил основать креветочную ферму. Алексей выращивает самые большие креветки в мире – величиной с ладонь взрослого человека.

В природе креветка Розенберга рождается в океане, а затем постепенно переходит в пресную воду. На украинской ферме этот процесс воспроизводят искусственно: уровень соли в воде постепенно уменьшается с "океанической" до пресной.

Слепнев говорит, что сейчас спрос на его продукцию значительно превышает предложение. Его креветкой активно интересуются и за рубежом, но он не может обеспечить всех желающих даже внутри Украины, поэтому пока не экспортирует.

Спрос бешеный, в частности благодаря блюду "Пьяная живая креветка". Повара заливают живую креветку алкоголем, та быстро "пьянеет", а потом ее разрезают, солят и подают сырой к столу. Один килограмм живой креветки продают за 3,5 тыс. грн, включая стоимость доставки.

Социальный бизнес, который трудоустроил людей с ментальной инвалидностью

Люди с ментальной инвалидностью до сих пор остаются без внимания не только граждан, но и государства. Для того, чтобы им помочь и трудоустроить в Киеве восемь лет назад открылась инклюзивная пекарня Good Bread from Good People. Там работают подопечные психоневрологического интерната. И часто это люди, которые находились в интернатах с детства.

"Людям с ментальной инвалидностью нужна помощь. Многим на них безразлично, даже родственникам. Государство посадило их в интернаты, чтобы "они себе не навредили". Фактически же их закрыли, чтобы они никому не мешали", – говорит CEO Good Bread Наталья Шадрина.

Работа в пекарне для многих из них стала единственными местом, где они могут чувствовать себя полноценными членами общества. За месяц пекарня выпекает 9 тыс. хлебов, которые передают волонтерам.

Летом пекарня оказалась в сложном финансовом положении: средств оставалось всего на несколько месяцев. Однако к зиме ситуация стабилизировалась.

"Нам удалось пройти кризисный период и выйти на самоокупаемость. Это стало возможным благодаря сочетанию нескольких факторов: росту продаж, поддержке доноров и партнеров и увеличению команды. Дефицит оборотных средств, который ранее составлял около 600 тысяч гривен в месяц, сейчас преодолен и мы работаем без ежемесячного минуса", – рассказала ЭП Шадрина в конце декабря.

Другое социальное предприятие, о котором ЭП писала в этом году, – Sunshine Cafe, которое основала Алина Живаго. Во время большой войны она открыла пиццерию, где работает молодежь с интеллектуальными нарушениями.

У Живаго есть дочь с синдромом Дауна, которая училась в училище на повара. Однако найти работу или даже практику стало вызовом: работодатели отказывали. Тогда женщина решила открыть собственное дело. Так в сентябре 2022 года в Киеве появилось первое заведение Sunshine Cafe (на Почайной), а в декабре 2023 года – второе (на Позняках). Они стали первой в Украине сетью инклюзивных пиццерий, где работает молодежь с синдромом Дауна.

Для открытия первого заведения женщина привлекла грант в рамках программы "еРобота". Кроме этого предпринимательнице помогла сеть магазинов Metro, где и расположены пиццерии.

Владелица Sunshine Cafe говорит, что ее бизнес стал заложником обстоятельств. С одной стороны, есть помощь Metro, специальные условия, стабильный поток покупателей. С другой – эти покупатели приходят за продуктами, а не как в ТРЦ: посмотреть кинофильм и потом поесть.

В сентябре Живаго пришлось закрыть заведение на Позняках и сфокусировать внимание на первой пиццерии. Кроме этого, владелица социального бизнеса стремится открыть собственную академию, где сможет учиться молодежь с ментальной инвалидностью.

"Украинская правда" отметила обоих социальных предпринимателей. Основатель инклюзивной пекарни Владислав Малащенко в 2025 году попал в список "УП 100" в категории "Общество", а основательница Sunshine Cafe Алина Живаго – в список "УП 100 Сила женщин" в категории "Бизнес".

Как ветеран построил семейный бизнес крафтовых соусов

После возвращения с войны в 2015 году ветеран из Киевской области Дмитрий Голик вместе с женой построили семейный бизнес крафтовых соусов "Витребеньки". Они не берут кредитов, принципиально не работают с крупными сетями на их условиях и не гонятся за миллионными оборотами. Соусы делают из собственного сырья из теплиц.

Производство крафтовых соусов с перцем в основе построено на личном контроле. Жена ветерана выполняет роль технолога, формирует рецептуру, варит соусы и определяет, может ли партия выйти к покупателю.

Супруги предпринимателей не трудоустраивают работников, а полагаются на собственные силы. Старшая дочь взяла на себя работу с соцсетями и продвижение товара.

О статусе ветеранского бизнеса супруги Голик говорят не как об основании для получения льгот, а как о демонстрации того, что люди, прошедшие войну, способны создавать качественный продукт и строить честные модели работы.