Пустыня, где выращивают единорогов. Как Израиль зарабатывает миллиарды на кибербезопасности
В мире технологий Израиль давно называют нацией стартапов. В небольшой стране на Ближнем Востоке с населением около 10 миллионов человек и территорией, меньшей по площади, чем Киевская область, регулярно привлекаются многомиллиардные инвестиции и происходят поглощения местных компаний американскими корпорациями.
Особое место в израильской технологической индустрии занимает кибербезопасность. В рекордном 2021 году местные компании привлекли около 40% всех мировых частных инвестиций в эту отрасль. Более того, почти треть всех "единорогов" в сфере кибербезопасности находится именно в Израиле. За этим успехом стоит необычная модель взаимодействия армии, государства, науки и частного бизнеса.
В отличие от других стран, значительная часть израильских предпринимателей начинает свой путь не в университетах или технологических корпорациях, а в спецподразделениях Армии обороны Израиля. Впоследствии бывшие военные создают стартапы, привлекают международные инвестиции и продают свои компании за миллиарды долларов.
Одним из толчков к развитию этой индустрии стала секретная кибероперация, которая помогла замедлить иранскую ядерную программу и в то же время способствовала началу нового этапа киберпротивостояния, в котором Израиль оказался среди главных целей.
Как страна превратила киберугрозы в многомиллиардную индустрию? Почему военная разведка стала кузницей технологических предпринимателей и как государству удалось совместить оборонные нужды с развитием частного бизнеса?
История одной олимпиады
История израильской индустрии кибербезопасности тесно связана с "Олимпийскими играми", но не с международными спортивными соревнованиями, а с одноимённой секретной операцией, которую США и Израиль провели против иранской ядерной программы.
В середине 2000-х годов руководство обеих стран опасалось, что Иран стремительно продвигается в области обогащения урана, а значит, приближается к созданию ядерного оружия. Перед ними встал выбор: нанести военные удары по иранским ядерным объектам, рискуя эскалацией, которая через два десятилетия сделал 47-й президент Дональд Трамп, либо найти менее очевидный способ замедления программы.
Пожалуй, впервые в истории возникла идея создания кибероружия. Им стало вредоносное программное обеспечение (ПО), так называемый компьютерный червь. В отличие от обычного компьютерного вируса, который заражает другие файлы, червь распространяется между компьютерами, используя уязвимости программного обеспечения.
Хробак должен был проникнуть в системы управления центрифугами для обогащения урана и выводить их из строя. Целью стал ядерный комплекс в Натанзе, где тысячи центрифуг работали на высоких скоростях, разделяя изотопы урана. Всё должно было происходить скрытно, чтобы повреждения выглядели как обычные неисправности.
В течение 2008–2010 годов в рамках операции использовали различные версии вредоносного ПО, известного как Stuxnet. Попав внутрь, Stuxnet искал конкретное промышленное оборудование Siemens, которое управляло работой центрифуг.
Программа периодически вмешивалась в режимы вращения. Одна из исследованных версий Stuxnet две недели наблюдала за работой оборудования, после чего изменяла частоту управления электродвигателями, а затем возвращала её к нормальным значениям. Следующий этап саботажа мог начаться примерно через 27 дней.
По оценке американского Institute for Science and International Security, к 2010 году в Натанзе заменили тысячу центрифуг. Исследователи предполагали, что часть повреждений могла быть вызвана вирусом Stuxnet, хотя установить его влияние было невозможно.
Однако в 2010 году Stuxnet распространился за пределы первоначальной цели, что привело к его раскрытию. Официально США и Израиль не признали своей причастности к операции. Тем не менее, спустя несколько лет журналистские расследования, в частности The New York Times, раскрыли подробности её проведения и роль Вашингтона и Тель-Авива.
"Stuxnet стал одним из толчков к активному развитию индустрии кибербезопасности Израиля. После этой атаки Иран осознал, что противостояние с противником не ограничивается физическим пространством", — говорит исполнительный директор Cyber7 Даниэль Мартин. Эта организация была создана в 2021 году по инициативе израильского правительства для помощи местным стартапам в сфере кибербезопасности в поиске инвесторов и клиентов.
Операция "Олимпийские игры" открыла ящик Пандоры для самого Израиля. Страна стала одной из наиболее атакуемых в киберпространстве, а значительная часть угроз исходила от враждебных государств и связанных с ними группировок, в частности из Ирана.
По словам Мартина, с тех пор Иран начал развивать кибервозможности и вкладывать в это направление значительные средства. "Существуют десятки иранских атакующих группировок, специализирующихся на операциях против Израиля и Соединенных Штатов", — добавляет он.
Это поставило перед Израилем новый вызов, который постепенно стал таким же важным элементом национальной безопасности, как противоракетная оборона или разведка.
Откуда берутся израильские киберкомпании
В конце 2025 года в Израиле работали 597 компаний, занимающихся кибербезопасностью. В том же году стоимость сделок по продаже таких компаний, так называемых экзитов, достигла 72,6 млрд долл. Почти вся сумма пришлась лишь на три компании — Wiz, CyberArk и Armis. Без них общая стоимость экзитов составила бы менее 2 млрд долл.
За год израильские компании привлекли около 6 млрд долл. инвестиций, утверждают исследования IVC, Cybertech Global и YL Ventures. Они оценивают объемы финансирования отрасли в диапазоне от 4,8 млрд долл. до 8,3 млрд долл.
Несмотря на расхождения в оценках, все три исследования указывают на общую тенденцию: количество инвестиционных сделок остается стабильным, а увеличение объемов финансирования свидетельствует о росте среднего размера инвестиционных раундов с 29 млн до 60 млн долл.
Израильская экосистема кибербезопасности объединяет крупных технологических игроков, молодые стартапы, университеты, государственные учреждения, спецслужбы и армию. Главная её особенность — тесная связь между воинскими подразделениями и частным сектором.
"Молодые израильтяне поступают на военную службу, в частности в разведывательные и технологические подразделения. За три-четыре года они приобретают уникальные знания, работают с современными технологиями и выполняют реальные задачи, а после увольнения создают стартапы или присоединяются к уже существующим", — объясняет Мартин.
Чтобы этот механизм заработал, в начале 2010-х годов израильское правительство решило создать в Беэр-Шеве, городе посреди пустыни Негев, новый центр индустрии кибербезопасности. Идея заключалась в том, чтобы сосредоточить в одном месте военных, учёных, государственные учреждения и частные технологические компании. До этого израильский ИТ-сектор был сосредоточен преимущественно вокруг Тель-Авива.
В 2011 году премьер-министр Биньямин Нетаньяху объявил национальную киберинициативу, а через три года представил проект CyberSpark и заявил о намерении превратить Беэр-Шеву в киберстолицу Израиля. Основой кластера стал Университет Бен-Гуриона, рядом с которым открыли технологический парк Gav-Yam Negev.
Государство предложило компаниям экономические стимулы и перспективу доступа к университетским исследованиям и военным технологическим кадрам. В город начали приходить международные корпорации, в частности Oracle, Deutsche Telekom и EMC. Впоследствии в технологическом кластере разместились и государственные структуры киберзащиты.
Государство сформировало экосистему, в которой университет готовит специалистов и проводит исследования, армия обеспечивает опыт, государственные учреждения занимаются киберзащитой, а частный бизнес превращает технологические разработки в коммерческие продукты.
Беэр-Шева превратилась в один из главных центров израильской кибериндустрии, привлекший международные корпорации, исследовательские подразделения и стартапы ещё до завершения переезда военных подразделений в город.
По словам Мартина, примерно за десятилетие количество инженеров в Gav-Yam Negev выросло с нуля до трех тысяч. В нем работают около 75 компаний.
Армия готовит будущих предпринимателей
В 1990-х годах Израиль создал условия, при которых иностранные инвесторы могли финансировать местные технологические компании. Это взаимодействие привело к тому, что 71% венчурных инвестиций в израильский хай-тек в 2015–2023 годах поступали от иностранных инвесторов. Это объясняет, почему компании из сравнительно небольшой страны могли быстро привлекать сотни миллионов долларов и конкурировать с американскими разработчиками.
Еще одна особенность израильской кибериндустрии — ограниченный внутренний рынок. Полтысячи компаний специализируются на кибербезопасности в стране с населением 10 млн. Внутреннего спроса недостаточно для такого количества предприятий, поэтому здесь работает модель, характерная для других небольших технологических государств, в частности Эстонии.
Предприниматели создают компании для международного рынка. Они понимают, что их основной клиент будет находиться прежде всего в США. Соответственно, продукты, бизнес-модели и стратегии продаж ориентируются на глобальную конкуренцию.
Одной из главных причин развития израильской индустрии кибербезопасности стала система подготовки специалистов в военных технологических и разведывательных подразделениях. Самое известное из них — Unit 8200, специализирующееся на радиоэлектронной разведке, анализе больших массивов информации и кибероперациях.
Особенность системы заключается в том, что молодые израильтяне во время военной службы получают опыт, на приобретение которого в гражданском секторе могут уйти годы. После тщательного отбора и специализированной подготовки часть военнослужащих в возрасте 18–20 лет разрабатывает программное обеспечение, анализирует сложные информационные системы, создает инструменты обработки данных и противодействия киберугрозам.
По свидетельствам бывших военнослужащих этого подразделения, небольшие команды получают конкретные задачи, например, разработать систему анализа разведывательной информации, автоматизировать обработку данных или создать инструмент для выявления киберугроз. Они обладают свободой в выборе технических решений и могут взаимодействовать с военными специалистами, которые будут использовать эти системы.
Таким образом, молодые инженеры не просто "пишут код", а проходят весь цикл создания продукта — от определения проблемы и поиска решения до его испытания в реальных условиях и дальнейшего совершенствования. Еще во время службы они получают опыт, близкий к работе в технологическом стартапе.
После увольнения эти люди переходят в частный сектор с приобретённым опытом. За годы службы они налаживают профессиональные связи. Бывшие коллеги становятся соучредителями компаний, первыми сотрудниками или инвесторами. Вокруг выпускников Unit 8200 сформировались предпринимательские сообщества и акселерационные программы, которые поддерживают создание технологических компаний.
В 2014 году государство планировало перевести в Беэр-Шеву технологические и разведывательные подразделения армии. Оно рассчитывало, что военные специалисты после службы останутся в городе, будут работать в частных компаниях или создавать стартапы. Реализация этого замысла растянулась на годы, а первые подразделения начали переезжать в новый кампус только в 2026 году.
Четверо друзей и 32 миллиарда
В 2021 году израильские компании привлекли рекордные 8,8 млрд долл. инвестиций, что составило около 40 % всего частного финансирования отрасли в мире.
По словам исполнительного директора Cyber7, одним из главных факторов стала пандемия Covid-19, которая ускорила переход компаний на удаленную работу. Если раньше корпоративная кибербезопасность сосредоточивалась на защите офисной инфраструктуры и внутренних сетей, то теперь компании были вынуждены заботиться о безопасности тысяч сотрудников, подключавшихся к корпоративным системам из дома.
Однако после рекордного года инвестиционная активность начала снижаться. В 2022–2023 годах компаниям стало сложнее привлекать финансирование в прежних объемах.
Новым испытанием стало нападение ХАМАС 7 октября 2023 года и последовавшая за ним война. Противостояние сопровождалось резким усилением кибератак против Израиля, в частности со стороны Ирана. По оценкам Cyber7, их количество выросло примерно в три раза, причем атаки становились не только более многочисленными, но и более сложными.
Кибербезопасность остается одним из самых привлекательных для инвесторов направлений израильской технологической индустрии. По данным Управления инноваций Израиля, с начала войны на компании, занимающиеся кибербезопасностью, приходилось около 29% привлеченного стартапами капитала, тогда как в соответствующие периоды предыдущих лет — 13–19%.
В 2026 году израильская индустрия кибербезопасности насчитывает более 20 "единорогов" (стартапов, стоимость которых превышает 1 млрд долл.). По данным платформы Dealroom, их количество достигает 26, или около 28 % всех "единорогов" в сфере кибербезопасности в мире.
Одним из самых ярких примеров развития израильской кибериндустрии стала компания Wiz. Её основатели Ассаф Раппапорт, Ами Лутвак, Инон Костика и Рой Резник познакомились во время службы в израильской армии.
Первые трое попали в элитную военную программу "Тальпиот", которая готовит специалистов для технологических подразделений ЦАХАЛа. Впоследствии они служили в разведывательном подразделении 8200, где познакомились с четвертым будущим партнером.
По воспоминаниям Костики, молодым разработчикам поручали задачи, результаты которых использовались военной разведкой. Во время Второй ливанской войны 2006 года они увидели, как разработанные ими технологии влияли на события на поле боя, но конкретных деталей этой работы основатели не раскрывали.
После армии их пути разошлись, но в 2013 году друзья создали компанию, опираясь на общий военный опыт и взаимное доверие. Так появился Adallom — стартап по защите корпоративных облачных сервисов, который в 2015 году Microsoft приобрела за 320 млн долл. Следующие пять лет предприниматели работали в Microsoft, где приобрели опыт разработки продуктов для крупных международных клиентов.
В 2020 году они покинули корпорацию и основали Wiz. Главной идеей компании был новый подход к защите облачной инфраструктуры. Её развитие совпало с пандемией, когда бизнес массово переходил на удалённую работу и облачные технологии.
В 2022 году годовой доход Wiz достиг 100 млн долл. В 2024 году основатели отказались от предложения Google купить их компанию за 23 млрд долл. Через год стороны договорились о продаже за 32 млрд долл., а в марте 2026 года заключили сделку.
История Wiz объясняет один из механизмов развития израильской индустрии кибербезопасности. Военная служба обеспечила будущим предпринимателям технологические компетенции и сформировала команду, первый стартап дал опыт создания и продажи бизнеса, а работа в Microsoft — знания о глобальном корпоративном рынке.