Когда в Украине появится регулирование виртуальных активов?

Сколько криптовалюты обращается в Украине? На сегодняшний день не существует официальной оценки того, каким объемом криптовалют владеют украинцы или каков их оборот, скажем, за год. Аналитические компании могут оценить активность украинских пользователей в блокчейне, но совокупный объем принадлежащих им криптоактивов до сих пор не определен.

Хотя кое-что мы всё же можем узнать по косвенным признакам. Примерно так же, как можно прикинуть размер кита, когда из-под воды виден только его хвост. Тогда обратимся к данным Chainalysis. Согласно её исследованию, в 2025 году Украина занимала восьмое место в мире по общему индексу криптоадопции, то есть активности использования криптовалют.

А по данным аналитической компании DL Research, которая опубликовала отчет World Crypto Rankings за 2025 год, Украина возглавила мировой рейтинг по соотношению объема операций со стейблкоинами к ВВП. Украина — один из мировых лидеров по криптоактивности. Виртуальные активы у нас уже являются частью финансовой системы.

Этому способствовали различные факторы: развитое криптосообщество в стране, слабые и не слишком выгодные в наших реалиях традиционные инвестиционные инструменты, большое количество международных переводов, связанных с потребностями оборонных закупок через частные фонды, пожертвования из-за рубежа в помощь Украине.

Однако из-за отсутствия какого-либо регулирования со стороны государства у нас сформировался не рынок криптовалют, а настоящий неконтролируемый океан. Если вы спросите: а сколько налогов платят украинцы с операций с криптовалютой, я дам абсолютно точный ответ: ноль гривен, ноль копеек. Ведь самого механизма налогообложения виртуальных активов у нас до сих пор не существует.

Недавно в финансовый комитет Рады поступили официальные данные от Государственной налоговой службы. Одна цифра привлекла особое внимание. За первое полугодие 2026 года ГНС вынесла 11 аналитических заключений с признаками отмывания средств через виртуальные активы. Общая сумма по этим делам — 9,3 млрд грн. Плюс ещё 1,56 млрд грн неуплаченных налогов и сборов. Не от самих операций с криптовалютой, ведь, напомню, налогообложение здесь вообще не существует, а от той экономической деятельности, которую эти операции помогли скрыть от государства.

То есть в среднем на один выявленный случай приходится около 850 млн грн — это в разы больше, чем в любом другом рисковом сегменте в том же отчете. Топливо, табак, алкоголь, внешнеэкономическая деятельность, дробление бизнеса через индивидуальных предпринимателей — ничто из этого не принесло такой "навалы", как операции с криптовалютой.

Если именно в этих водах водится самая жирная рыба, то почему же её так мало попадает в сети рыбаков? Всего 11 аналитических выводов — на всю страну, за полгода. Потому что у нас нет регулятора, который мог бы видеть этот рынок системно. ГНС и финансовый мониторинг выявляют лишь то, что случайно всплыло на поверхность и попало в контролируемую часть финансовой системы — банковский счет, декларация, таможенная операция. Все, что происходит исключительно в криптовалютном мире, остается в "слепой зоне". То есть мы по-прежнему видим только хвост кита.

Криптовалютный бум застал врасплох не только нас. Boston Consulting Group в своем последнем отчете пишет: цифровые активы уже навсегда изменили всю глобальную финансовую систему. Рынок стейблкоинов в конце 2025 года достиг примерно 300 млрд долл., а к 2035 году, по прогнозам BCG, токенизированные активы могут составить до 16% всех инвестиционных активов в мире.

При этом даже страны, которые активно борются за статус криптохаба, не спешат открывать двери. Британское исследование о незаконных финансовых потоках, связанных с Великобританией (их оценивают в 325–788 млрд фунтов в год), призывает правительство приостановить планы по превращению Лондона в глобальный центр криптофинансов до тех пор, пока не будет создана эффективная система надзора. То есть сначала — контроль, потом — открываем ворота. У нас наоборот: уже много лет рынок бурно развивается, а контроля нет вообще.

В то же время регулирование в этой сфере уже перестает быть лишь вопросом развития рынка. Оно все больше становится фактором национальной безопасности и санкционной политики.

Международная организация, борющаяся с отмыванием средств – FATF констатирует, что организованная преступность все активнее переходит на использование криптовалют для отмывания доходов, полученных преступным путем. Цифровые активы уже давно перестали быть "нишевой игрушкой" и превратились в полноценный инструмент, который используется в международных схемах отмывания средств наряду с банками, подставными компаниями и офшорами.

Основная проблема борьбы с преступниками — не сама технология блокчейна, а неравномерное регулирование в разных странах. Преступники просто пользуются юрисдикциями, где требования к криптосервисам слабее или почти не соблюдаются.

Украина сейчас как раз находится в этой красной зоне. Нам придется как можно быстрее привести свое законодательство в соответствие со стандартами FATF и ЕС. Особое внимание следует уделять выполнению требований Travel Rule (обязательство для провайдеров виртуальных активов обмениваться данными об отправителе и получателе при переводах в криптовалюте), KYC (Know Your Customer — обязательная процедура идентификации личности финансовым или криптовалютным учреждением для защиты от мошенничества и отмывания денег).

Именно неполное выполнение этих требований FATF называет одним из главных факторов, позволяющих преступникам использовать криптоиндустрию.

Таким образом, существует наработанный международный опыт и вполне действенные механизмы регулирования виртуальных активов. Однако в Украине до этого так и не доходит. Хотя ещё в 2022 году Верховная Рада приняла закон "О виртуальных активах", который должен был определить правовой статус криптоактивов, права участников рынка и правила работы провайдеров соответствующих услуг.

Но фактически закон так и не вступил в силу. Ведь для этого требовались изменения в Налоговый кодекс, которые должны были урегулировать налогообложение операций с виртуальными активами. А их так и не приняли. Хотя Travel Rule по просьбе председателя рабочей группы по подготовке законопроекта о налогообложении "виртуальных активов" подкомитет прописал ещё два года назад.

Вторая попытка поймать этого кита началась в прошлом году. В сентябре 2025 года Верховная Рада приняла в первом чтении законопроект 10225-д, но вот уже почти год, как он застрял и не продвигается на пути к второму чтению и окончательному принятию.

В настоящее время продолжается дискуссия вокруг тех существенных изменений, которые должны быть внесены в законопроект. Здесь я немного приоткрою завесу тайны над законотворческим процессом. Острая дискуссия сейчас разворачивается вокруг вопроса, кто должен стать регулятором этого рынка — Национальный банк или Национальная комиссия по ценным бумагам и фондовому рынку?

Как председатель подкомитета, отвечающего за противодействие легализации доходов, считаю, что этим должен заниматься именно НБУ, а не НКЦПФР. Ведь двоевластие — создание конкуренции полномочий между двумя регуляторами на таком чувствительном и рискованном рынке — приведет к разбалансировке вместо контроля.

Нацбанк настаивает на том, чтобы полномочия обоих регуляторов были исчерпывающе и четко прописаны в самом законе без каких-либо серых зон. Комиссия, в свою очередь, предлагает, чтобы закон закрепил четкий перечень видов деятельности на рынке виртуальных активов, которые регулирует НБУ, а все остальное, что не будет прямо включено в сферу регулирования Нацбанка, включая то, что возникнет в будущем, автоматически перешло бы под надзор НКЦПФР.

Логика Нацбанка понятна. Ведь остаточный принцип означает, что одно и то же финансовое учреждение, работающее как на традиционном рынке, так и на рынке виртуальных активов, может оказаться одновременно под надзором двух регуляторов, каждый из которых предъявляет разные, несогласованные между собой требования.

Украина уже проходила этот путь в 2000-х. Тогда банки одновременно подпадали под надзор НБУ в части банковской лицензии и под надзор НКЦПФР в части операций на рынке капитала, и в 2010 году от этой модели отказались именно из-за хаоса, который она создавала.

Кстати, показательно, что в ЕС не существует такой модели, когда за финансовым мониторингом одного учреждения одновременно следят два разных рыночных регулятора. Среди 27 стран ЕС было одно исключение — Франция, да и она отказалась от него, когда внедряла MiCA — общеевропейский регламент о рынках криптоактивов.

Поскольку MiCA требует утверждения только одного главного арбитра — национального регулятора для каждого поставщика услуг в сфере криптоактивов. Это необходимо для функционирования системы взаимного признания лицензий между странами ЕС. Второй орган может привлекаться только для решения узких вопросов из четко определенного перечня, а не в качестве второго регулятора, который наравне с первым контролирует одного и того же поставщика услуг в сфере виртуальных активов.

У нас же НКЦБФР борется за то, чтобы внедрить модель, которую ЕС сам признал неэффективной и отменил. Если в Украине решат испытать собственные "грабли" и повторить этот опыт, всё равно в процессе присоединения к Евросоюзу придётся менять законодательство в соответствии с общеевропейским регламентом MiCA. Так же, как пришлось его менять Франции.

Поэтому вместо того, чтобы заново изобретать велосипед и размывать регулирующие функции, создавая очередное поле для неопределенности и вероятных злоупотреблений, было бы логичнее сразу закрепить в законе европейскую модель регулирования. И тогда при вступлении Украины в ЕС уже не придется менять рельсы, наш поезд без задержек пересечет границу и влится в общее движение.

Кстати, законопроект 10225-д — один из структурных ориентиров Украины в рамках Ukraine Facility, то есть наше обязательство перед ЕС. Новое правительство Сергея Корецкого внесло его в обновленный перечень приоритетных евроинтеграционных законопроектов. Установленный в нём дедлайн — декабрь 2026 года. Именно этот законопроект содержит нормы о налогообложении операций с виртуальными активами. Таким образом, он должен одновременно запустить и регулирование, и налогообложение.

И это будет означать, что мы наконец-то увидим всю картину целиком. Рынок виртуальных активов перестанет быть диким полем и подпадет под регулирование. А значит, большинство возможностей "оптимизировать", "зарабатывать" и "экономить", используя криптоинструменты и уклоняясь от уплаты налогов, исчезнет.

Конечно, никто из "криптошейхов", занимающих государственные должности и работающих в теневом бизнесе, в этом не заинтересован. Не могу с уверенностью утверждать, является ли это причиной того, что этот законопроект так долго пылится в Раде. Но очевидно: чем дольше рынок остается нерегулируемым, тем лучше для тех, кто пользуется "серой зоной".

Надеюсь, у нового правительства хватит сил преодолеть это сопротивление. Вместо бесконечных выдумок о тысяче и одном способе сстричь ещё чуть-чуть шерсти с "белого бизнеса", у нас есть шанс вытопить жир из огромной рыбы, которая до сих пор прячется в тёмных водах.