Что мешает распределенной генерации

Зима 2025–2026 годов нанесла ощутимый удар по украинскому бизнесу. Длительные ограничения энергоснабжения, дефицит мощности в сети и необходимость мгновенно адаптировать производственные процессы вынудили предприятия работать в режиме антикризисного менеджмента, тратя значительные оборотные средства на закупку альтернативных источников питания, в том числе с использованием возобновляемых источников энергии (ВИЭ).

Анализируя этот опыт ведения бизнеса и препятствия, с которыми столкнулся сектор, эксперты энергетической отрасли разработали рекомендуемые решения и изменения в нормативно-правовые акты. Все они направлены на устранение основных барьеров, сдерживающих активное развитие проектов распределенной генерации и хранения энергии.

На бумаге "алгоритм спасения бизнеса" готов и передан в профильные органы власти. В то же время необходимые реформы до сих пор остаются на этапе официальной переписки. Хотя времени на подготовку к очередным отключениям электроэнергии, которые могут произойти вследствие роста дефицита мощности в энергосистеме, становится всё меньше.

Анатомия перепонок

Бизнес готов спасать себя и страну, инвестируя как в собственную энергетическую автономию, так и в проекты по поставке электроэнергии на рынок. Но развитие проектов сдерживается тремя критическими факторами: техническими ограничениями сетей, несовершенным регулированием и системными долгами на рынке, а также административным адом взаимодействия по кругу с операторами сетей, к которым подключаются соответствующие установки.

Медленные темпы развития распределительной инфраструктуры и острый дефицит маневровых мощностей в системе практически делают невозможной полноценную интеграцию промышленных солнечных и ветровых станций. Для бизнеса, или так называемых производителей ВИЭ, это означает ограниченный доступ к сетям и постоянные риски для непрерывности производства.

Альтернативой могла бы стать локальная генерация электроэнергии на газе, но и здесь инвестор оказывается на минном поле: непредсказуемость цен на природный газ, топливные риски, связанные с его физическим наличием, и действующие ценовые ограничения (price caps) на рынке электроэнергии сводят математику таких проектов на нет.

Несмотря на интерес рынка к проектам хранения энергии, которые также способны решать проблемы интеграции производителей ВИЭ, здесь тоже присутствуют определенные риски. В частности, законодательство чётко не определяет установку хранения энергии (УХЭ) как объект строительства. Поэтому могут возникать трудности с вводом таких объектов в эксплуатацию в соответствии с требованиями градостроительного законодательства.

Это также тормозит развитие автономных энергетических островов и микросетей. Бизнес готов рассматривать такие проекты, но технологическая отсталость распределительной инфраструктуры и низкий уровень её цифровизации не позволяют интегрировать такие решения в систему. В то же время остается актуальным вопрос об источниках финансирования масштабной модернизации электросетей для каждого оператора систем распределения (облэнерго) в Украине.

Решать эту проблему за счет каждого инициатора проекта энергоострова или микросети — проигрышная стратегия. Поскольку для бизнеса такие проекты и без того являются дорогостоящими, в частности из-за необходимости инвестировать в меры безопасности для защиты своих объектов.

Правила игры на украинском энергорынке часто меняются. К этому добавляются особенности функционирования энергетической отрасли в условиях военного положения. Поэтому инвесторам или банкам сложно построить реалистичную, или хотя бы с минимальной погрешностью, модель окупаемости для энергетических проектов. Ситуацию критически ухудшают многомиллиардные долги внутри сектора, которые искажают или нивелируют рыночные стимулы для инвесторов.

То же самое и с развитием микросетей: статус малых систем распределения, которые могли бы стать альтернативой облэнерго при подключении бизнеса, до сих пор не применяется ни одним инвестором в Украине. Причины — в регуляторных ограничениях, в частности из-за критериев их классификации и подходов к лицензированию.

Это делает такие модели инвестиционно непривлекательными и рискованными. Ведь в условиях непредсказуемости из-за рисков безопасности и высокой окупаемости, связанной с определенными техническими и регуляторными ограничениями, инвестировать в МСР даже промышленного парка нецелесообразно.

Особого внимания заслуживают административный лабиринт и бесконечный "бумажный круг". Взаимодействие с облэнерго превратилось для многих предпринимателей в отдельный вид бюрократического ада. Главными факторами являются непрозрачность процедур и отсутствие понятных пошаговых инструкций.

Простое согласование заявления заказчика на подключение в его личном кабинете затягивается на месяцы. Поскольку прямой контакт с исполнителем со стороны облэнерго обычно заблокирован, исправление мелких технических замечаний превращается в бесконечный пинг-понг официальными письмами.

В результате процедура, которая должна была бы длиться считанные дни или недели, может затянуться до полугода. И это несмотря на то, что упрощенные процедуры на период действия военного положения предусматривают подключение объектов к электрическим, газовым и тепловым сетям в значительно более короткие сроки, чем это требуется общими положениями, введенными до принятия соответствующих упрощенных изменений.

Кроме того, учитывая приоритетность проектов по укреплению устойчивости энергосистемы, оформление "земельных участков и разрешений" не должно занимать больше времени, чем строительство самой станции или УЗЕ.

Что касается упрощений со стороны правительства, стоит обратить внимание на проблему "узаконивания" объектов, построенных по упрощенной процедуре в период действия военного положения в соответствии с постановлением. Для многих объектов, построенных в соответствии с этим порядком, уже истекает срок "двух лет" в отношении обязательного приведения такого строительства в соответствие с общими требованиями градостроительного законодательства. Однако как это сделать на практике в стране никто не знает.

Поскольку соответствующего порядка приведения не существует. И это вопрос к правительству: когда такой порядок "узаконивания" появится? В противном случае бизнес не сможет выполнить свои обязательства и будет вынужден нарушать существующие требования из-за отсутствия инструментов, которые должно обеспечить государство.

Энергоэффективность – основа устойчивости

Стремясь к автономии, компании часто сосредотачиваются исключительно на наращивании собственных генерирующих мощностей. Однако без предварительного снижения потерь это является финансово неэффективным.

Первоочередным шагом должен стать энергомониторинг и оптимизация потребления, которые позволяют избежать "оверсайзинга" — искусственного завышения мощности оборудования. В частности, значительно сократить расходы позволяет замена устаревших электрических обогревателей на современные инверторные системы и тепловые насосы с высоким коэффициентом трансформации (COP).

Однако для массового внедрения таких решений не хватает стимулов. Достаточно временных налоговых льгот, например отмены НДС на три года для такого оборудования, что сделает его более доступным для ряда потребителей как среди бизнеса, так и в бытовом секторе. Это может стать весомым вкладом в оптимизацию энергопотребления в общинах.

Что может улучшить ситуацию

Бизнес должен понимать европейские правила игры и реальную стоимость киловатт-часа. Очевидно, что решения, выравнивающие цены для всех потребителей, непопулярны во время действия военного положения и даже в течение года или двух после его отмены.

В то же время объединение энергетических рынков Украины и ЕС во исполнение закона будет ориентировать отечественный бизнес на ценовые сигналы европейских рынков и трансграничную торговлю по прозрачным правилам. В частности, ценовые ограничения (price caps) должны быть отменены уже с 1 мая 2027 года.

Государство должно содействовать развитию микросетей. Модель развития малых систем распределения дорожает из-за отсутствия у операторов таких систем права подключать бытовых потребителей. Основная причина кроется в тарифных вопросах. При фиксированных правительством тарифах для населения эта модель не будет развиваться, даже в случае оптимизации лицензионных условий для операторов малых систем распределения.

В то же время НКРЭКП видит значительные перспективы для развития новых механизмов – "гибких подключений" и cable pooling в соответствии с законом. Их цель — оптимизировать и ускорить интеграцию новых объектов в энергосеть путем внедрения гибких условий подключения, совместного использования инфраструктуры и четкого распределения мощностей.

То есть определенные бизнес-модели смогут развиваться, несмотря на медленные темпы модернизации сетевой инфраструктуры.

Регулятор должен устранить возможности для манипуляций со стороны облэнерго. Стандарты взаимодействия с заказчиками подключения должны быть одинаковыми для всех операторов систем распределения. В частности, это касается подключения установок для получения статуса активного потребителя по механизму самопроизводства.

Упрощения должны быть эффективными и не иметь негативных последствий для предприятий. Необходимо упростить размещение объектов газовой генерации, приведя нормы Земельного кодекса в соответствие с постановлением правительства. Для УЗЕ также должны быть предусмотрены соответствующие упрощения в отношении их размещения. Но в первую очередь должен появиться отдельный код в Классификаторе зданий и сооружений и определен соответствующий вид целевого назначения земли в кадастре именно для УЗЕ.

Также необходимо ввести четкий алгоритм "узаконивания" объектов, построенных по упрощенной процедуре во время действия военного положения. Бизнес ожидает от Минразвития разработки такого порядка уже в ближайшее время. Кроме того, упрощения требуют проекты интеграции тепловых насосов в виде разрешения на их монтаж без разрешительных документов, как это работает для солнечных станций на крышах и фасадах в соответствии с постановлением.

Страхование военных рисков. Усилить защиту инвестиций от "прилетов" можно путем внесения изменений в правительственное постановление. Бюджет программы компенсаций за разрушенное имущество бизнеса на 2026 год составляет всего 1 млрд грн. Необходимо срочно увеличить финансирование и расширить перечень областей, в которых ведёт деятельность бизнес.

Также эффективным решением станет запуск через Экспортно-кредитное агентство (ЭКА) специального страхового продукта для военных рисков в энергетике, а именно для приоритетных проектов, таких как газовая генерация, УЗЭ, ВИЭ.

Бизнес предлагает регулятору содействовать инвентаризации сетей для высвобождения "зарезервированных мощностей". Предлагается внести изменения в Кодекс систем распределения и разрешить операторам систем распределения с согласия владельцев разрушенных генерирующих мощностей передавать их зарезервированную договорную мощность новым инвесторам, которые строят рядом генерацию или УЗЕ.

Все эти решения дают государству четкий инструментарий для устранения барьеров и укрепления энергетической устойчивости бизнеса. Дальнейшая энергетическая устойчивость украинской экономики зависит от скорости реализации этих решений законодателями и правительством. Бизнес сформулировал свои требования и ожидает от властных институтов неотложных законодательных мер, ведь время на подготовку системы к новым пиковым нагрузкам стремительно истекает.

Соавтор: Святослав Павлюк, исполнительный директор ассоциации "Энергоэффективные города Украины"