Технологии против тени
Если посмотреть на антикоррупционные изменения сквозь призму статистики, становится очевидно: наибольший сдвиг происходит не там, где звучат громкие заявления, а там, где меняется механика процессов. Цифровизация не декларирует борьбу с коррупцией, она меняет условия, при которых коррупционное поведение становится неудобным.
Показательный пример - сфера расчетных операций. В начале 2026 года в Украине работали около 900 тыс. активных программных регистраторов расчетных операций, тогда как классических кассовых аппаратов - около 250 тыс.
Таким образом, программные решения более чем в три раза преобладают над традиционными РРО. Эта пропорция важна как индикатор поведения бизнеса: предприниматели переходят на инструменты, которые уменьшают количество контактов с контрольной системой.
Несколько лет назад кассовая дисциплина строилась вокруг физических устройств, сервисных центров и регулярных проверок. Каждый из этих элементов создавал дополнительную точку взаимодействия между бизнесом и чиновником, а значит - возможность для неформальных договоренностей. Программные регистраторы убрали из этой схемы большинство ручных операций, переведя контроль в цифровую плоскость.
Эффект этого перехода хорошо виден в финансовых показателях. За одиннадцать месяцев 2025 года через РРО и ПРРО было проведено более 5 трлн грн выручки, что почти на 30% больше, чем за аналогичный период предыдущего года.
Количество чеков выросло примерно на 10%, а среднедневное количество расчетных операций стабильно превышает 28 млн. Эти данные свидетельствуют о системном изменении поведения, а не о разовой кампании контроля.
Этот рост произошел без масштабных репрессивных мер. Бизнес легализует операции по прагматическим причинам: автоматизированный учет дешевле, проще и менее рискован, чем работа в полутеневых режимах. В результате экономика становится более прозрачной не из-за страха наказания, а из-за изменения стимулов.
Здесь проявляется ключевая антикоррупционная логика цифровизации. Программные решения не влияют на мотивацию людей, они меняют архитектуру процессов. Когда чек формируется автоматически, данные передаются онлайн, а анализ осуществляют алгоритмы, коррупционное взаимодействие теряет смысл.
Конечно, все теневые схемы не исчезли, наличные расчеты остаются частью экономики. Принципиальное отличие в другом: государство отказывается от ручного контроля. Вместо выборочных проверок и человеческого фактора формируется цифровая инфраструктура, в которой правила одинаковы для всех.
Отдельную роль в этой трансформации играет развитие рынка ПРРО. Профессиональные объединения, в частности Ассоциация провайдеров ПРРО, формируют сбалансированные правила, чтобы программные решения были конкурентными, доступными и технологически нейтральными, а цифровизация не превратилась в новую форму монополизации.
Украина получила эффект, который редко становится темой публичных дискуссий. Без громких кампаний и политического пафоса бытовая коррупция постепенно вытесняется. Цифровизация не ликвидирует коррупцию мгновенно, но делает ее невыгодной.
Этот процесс можно считать одной из самых недооцененных трансформаций последних лет. Он не продуцирует громких заголовков, но формирует долгосрочный результат: меняет логику взаимодействия государства и бизнеса. В этом смысле ПРРО - не просто инструмент фискального контроля, а элемент системной перестройки.