"Что же мы наделали?": спустя 10 лет после Brexit Великобритания вновь стремится к сближению с ЕС
Почти 10 лет назад, 23 июня 2016 года, 52 % британцев проголосовали за выход страны из Европейского союза, а 31 января 2020 года Великобритания официально вышла из блока.
Сторонники Brexit тогда настаивали, что политика открытых границ в пределах ЕС приводит к "наплыву нелегальных мигрантов", а нормативные правила блока ограничивают потенциал страны. В свою очередь, сторонники ЕС подчеркивали, что выход из блока приведет к потере главного торгового партнера и снижению экономической мощи Великобритании.
Пандемия коронавируса и срыв многих логистических маршрутов из-за крупномасштабных боевых действий в Украине существенно повлияли на оценку Brexit как его сторонниками, так и противниками. В 2025 году лишь 31% опрошенных считали это решение правильным. Более того, в Великобритании активизировались разговоры о возможном возвращении в ЕС.
Сколько потеряла британская экономика из-за Brexit? Почему "развод с ЕС" не решил проблему с наплывом мигрантов? Как Лондон собирается вновь налаживать отношения с Брюсселем?
Предпосылки Brexit и раскол нации
На референдуме 23 июня 2016 года сторонники Brexit победили с соотношением голосов 52% против 48%.
Тот исторический день наглядно подтвердил тезис о расколе британцев: одна часть избирателей настаивала, что после референдума Великобритания станет по-настоящему суверенным государством, которое само, без согласования с Евросоюзом, будет распоряжаться своей судьбой". Противники же считали, что Лондон без ключевого торгового партнера утратит свою прежнюю мощь.
Почему победили сторонники Brexit? Как напоминает AP, Великобритания — островное государство с сильным чувством собственной исторической значимости. К июню 2016 года десятилетия деиндустриализации, сокращения государственных расходов и высокой иммиграции создали благоприятную почву для аргумента о том, что Brexit позволит "вернуть контроль" над своими границами, законами и экономикой.
Анализ результатов голосования, проведенный Joseph Rowntree Foundation, свидетельствует о том, что самые бедные британцы (с доходом менее 20 тыс. фунтов стерлингов в год), безработные и избиратели, занятые на низкоквалифицированных работах, гораздо чаще поддерживали выход из ЕС, чем более обеспеченные.
Менее обеспеченные британцы с большей готовностью верили обещаниям агитаторов за Brexit, что "свободная от ЕС" экономика даст им больше возможностей и свободы. Именно тезисы об "экономическом суверенитете и свободе" вместе с "чрезмерным потоком мигрантов из ЕС" были едва ли не самыми главными в агитационной кампании накануне референдума.
31 января 2020 года Великобритания официально вышла из состава ЕС. Тогда у стен парламента собрались две группы людей: одни с криками радости, другие – с флагами ЕС и слезами на глазах. Шесть лет спустя рядовые британцы и компании сталкиваются с политическими и социально-экономическими — преимущественно негативными — последствиями.
Brexit, в некотором смысле, развивался не так, как ожидали его сторонники или противники. Пандемия и вторжение России в Украину еще больше усилили экономические потрясения.
В одной из ключевых для Brexit сфер — иммиграции — последствия "развода с ЕС" оказались противоположными тому, что предполагалось.
Одним из ключевых аргументов сторонников Brexit был вопрос о неконтролируемой миграции в Великобританию: евроскептики и популисты обвиняли Брюссель в наплыве мигрантов после расширения блока в 2004 году.
Решил ли Brexit эту проблему? Миграция из ЕС действительно сократилась, однако не из остального мира. На самом деле в последние годы иммиграция, напротив, выросла. Это подтверждается резким ростомколичества выданных виз.
А недостаточный контроль над "миграцией на небольших лодках" (с 2018 года через Ла-Манш в Великобританию прибыло 200 тысяч мигрантов) остается одной из самых острых политических проблем.
Последствия для экономики
"Глобальные потрясения, такие как пандемия и крупномасштабная война в Украине, несомненно, повлияли на все экономики. Однако Brexit создал для Великобритании дополнительные барьеры, которые еще больше усложнили экономические вызовы", – считает Хейли Лоу из National Institute of Economic and Social Research (NIESR).
В 2023 году Великобритания оставалась единственной страной G7, которая не восстановила ВВП до уровня, существовавшего до пандемии, в то время как страны ЕС извлекли выгоду из торговли внутри блока и скоординированных усилий по восстановлению, таких как фонд NextGenerationEU на 750 млрд евро, отметил Лоу.
Brexit также оказал негативное влияние на инвестиционную привлекательность Великобритании. Неопределенность с форматом Brexit заставила компании колебаться с внедрением новых технологий и расширением мощностей – в 2016–2022 годах приток прямых иностранных инвестиций упал на 37%. Низкий уровень инвестиций мешает компаниям развиваться, что сказывается на количестве рабочих мест и уровне заработной платы.
Brexit ухудшил торговые отношения Великобритании с её крупнейшим партнёром — ЕС. Таможенные проверки и торговые разногласия привели к росту затрат и административной нагрузки для британских экспортеров, что вызвало сокращение объемов торговли.
Больше всего пострадали экспорт продовольствия и продукции обрабатывающей промышленности, которые в наибольшей степени зависят от рынков ЕС. В то же время страны Евросоюза сохранили бесперебойную торговлю внутри блока, что дало им конкурентное преимущество.
Эксперты и британские СМИ сходятся во мнении, что британская экономика сильно пострадала ещё от мирового финансового кризиса 2008 года: реальные зарплаты упали из-за роста цен, а доходы населения сократились, госдолг страны с тех пор вырос более чем вдвое. Этим частично обусловлено и медленное рост производительности труда, который продолжается еще с 2008 года. Однако структурные последствия Brexit — торговые конфликты с ЕС, ограничение мобильности рабочей силы и недостаточный уровень инвестиций — лишь усугубили проблемы.
Обеспокоенность различиями в нормативных требованиях и барьерах и сейчас негативно сказывается на бизнес-решениях, сдерживая инвестиции и общий экономический рост. Даже после вступления в силу в 2021 году торгового соглашения с ЕС британские компании сохраняют осторожность из-за меняющихся требований.
"Чтобы восстановить доверие бизнеса, политикам следует в первую очередь обеспечить ясность в вопросах регулирования и укрепить торговые связи с ЕС. Без целенаправленных мер неопределенность сохранится, ограничивая долгосрочный экономический потенциал Великобритании", – подытожил в прошлом году Лоу.
Его тезис подтверждают и результаты опроса, в котором британцы возлагают вину в том, что Brexit проходит не так, как им обещали, именно на правительства Терезы Мэй, Бориса Джонсона, Риши Сунака и действующего премьера Кира Стармера, а также на евроскептика Найджела Фаража.
В целом же, по оценкам Национального бюро экономических исследований (NBER), из-за Brexit Великобритания к 2025 году уже потеряла 6–8 % ВВП. Инвестиции за это время, по данным NBER, упали на 12–18%, а занятость — на 3–4%. Аналогичная оценка получена по модели Джона Спрингфорда из Центра европейских реформ (CER), согласно которой уже в 2023 году британский ВВП был на 5,5–6% меньше, чем если бы страна по-прежнему входила в состав ЕС.
На негативное восприятие Brexit рядовыми британцами влияет и то, что за эти десять лет существенно подорожала еда и выросли налоги. В 2020–2025 годах цены на продукты в Великобритании подскочили почти на 40%, в ЕС за тот же период – на 30%. "Возможно, повышение налогов на 50% с 2021 года не понадобилось бы, если бы не расходы, вызванные Brexit", – подчеркнул Спрингфорд. Переживает кризис и сектор здравоохранения.
Все эти факторы наиболее остро сказываются на наименее защищенных слоях населения: разрыв между бедными и богатыми толькоуглубилась.
Неоправданные ожидания
За выход из ЕС в июне 2016 года на референдуме проголосовали более 17 миллионов британцев. Спустя девять лет, в июне 2025 года, на фоне роста инфляции и ухудшения позиций фунта по отношению к доллару, 56% опрошенных признали, что Великобритания ошиблась. Лишь 31% продолжали утверждать, что это было правильное решение.
При этом 61 % опрошенных британцев отметили, что Brexit оказался скорее провалом, чем успехом, и лишь 13% назвали его успешным.
В подтверждение тезиса о неоправданных надеждах, связанных с Brexit The Guardian приводит пример производителя канцелярских товаров Stewart Superior и его владельца Джеффри Беттса, который, голосуя за выход Великобритании из ЕС, возлагал большие надежды как на компанию, так и на экономику страны в целом.
"Тогда я считал, что мы вот-вот станем самой конкурентоспособной страной в Европе, а Brexit будет способствовать развитию бизнеса. Теперь я думаю: "Что же мы наделали?", – рассказывал в 2022 году Беттс.
Его компания устояла, но только благодаря серьезной реструктуризации и огромным затратам на преодоление экспортных барьеров, возникших в результате Brexit. В конце 2020 года Беттс решил, что для сохранения клиентской базы в ЕС у него нет иного выхода, как создать склад на территории единого рынка блока: он выбрал Нидерланды.
В результате продукция Stewart Superior теперь поставляется с голландского склада, а налоговые поступления, которые должны были бы поступать в британскую казну, получает правительство Нидерландов. К тому же новые рабочие места создаются в Нидерландах, а не в Великобритании.
На вопрос, поддержал бы он выход из ЕС, если бы референдум состоялся снова, Беттс теперь отвечает категорическим "нет".
Пример Stewart Superior — не единственный: другие опрошенные The Guardian компании также говорят о разочаровании в связи с Brexit. С одной стороны, рынки для их товаров есть, а потенциальных клиентов в ЕС — множество. С другой — из-за новых налоговых барьеров и стремительного роста стоимости импорта на фоне девальвации фунта выход на эти рынки зачастую не имеет смысла. Разве что открывать подразделения в ЕС, как это сделала Stewart Superior.
Так, компания King & McGaw, занимающаяся продажей произведений искусства, жаловалась, что практически прекратила экспорт в ЕС, поскольку бюрократические процедуры делали это нерентабельным. В компании возмущались тем, что Brexit ограничивает свободную торговлю. "Если вы не можете отправлять свои товары на крупнейший рынок, который находится у вас под боком, вы, по сути, стреляете себе в ногу", — заявил руководитель King & McGaw Джир Кинг.
Начало восстановления?
На фоне того, что Brexit не оправдывает ожиданий, а стоимость жизни для рядовых британцев только растет, Лондон уже не первый год переживает острый политический кризис: премьер-министры не задерживаются на своих постах надолго, а традиционные правящие партии лейбористов и консерваторов все чаще проигрывают в опросах правым популистам.
Новая волна политического кризиса разразилась в начале мая – после провала лейбористов на местных выборах в отставку подал министр здравоохраненияВес Стритинг, объяснив это "потерей доверия" к действующему премьеру Киру Стармеру. Впоследствии правительство Стармера покинули еще четыре министра, а кресло под ним "шатается" все активнее.
На этом фоне все громче звучат разговоры о более тесном торговом сотрудничестве Великобритании с ЕС или вообще — о возвращении Лондона в блок (Brejoin). Более тесных отношений с ЕС стремятся и избиратели: 56% британцев в прошлом году выступали за возвращение в блок.
Реинтеграция с ЕС также стала поводом для критики в адрес Стармера. Возглавив правительство летом 2024 года, Кир пообещал "полный перезапуск" отношений с Евросоюзом.
Однако в настоящее время большинство СМИ сходятся во мнении в том, что Стармер за почти два года на посту даже не приблизился к выполнению этих обещаний, а многие инициативы по сближению с ЕС "зависают" в бюрократических спорах.
Вопрос об отставке Стармера всё больше переходит в практическую плоскость, и Стритинга называют одним из главных кандидатов на пост премьера.
В конечном итоге, кто бы ни стал преемником Кира на этом посту, он, скорее всего, выступит за возвращение Великобритании в ЕС или, как минимум, за продолжение курса на сближение. Стритинг уже назвал Brexit "катастрофической ошибкой", предположив, что сближение с континентальной Европой позволит стране "перестроить экономику и торговлю и укрепить оборону".
По оценкам The Guardian, почти 90 % членов Лейбористской партии хотели бы отменить результаты референдума. Однако нет никаких гарантий, что победитель внутрипартийной борьбы решит организовать новый плебисцит по вопросу возвращения в ЕС до следующих парламентских выборов в 2029 году. На самих выборах к власти могут прийти ультраправые Reform UK во главе с Найджелом Фараджем, который был одним из лидеров кампании за выход из ЕС.
Тем не менее, по оценкам The Guardian и The Economist, Великобритания скорее наладит с ЕС льготные торговые отношения, подобно Норвегии или Швейцарии, чем вернется в блок в качестве полноправного участника. Если же процесс возвращения все-таки инициируют, то сторонам все равно придется вести напряженные переговоры.