Чем опасны малые ядерные реакторы

В Украине пытаются открыть двери для "атомной технологии будущего". Речь идет не о достройке советских энергоблоков с использованием российского оборудования, а о законопроекте, который позволит строить малые модульные реакторы.

Этот документ выглядит техническим – вводит в законодательство понятие малого модульного реактора, то есть ядерного реактора мощностью до 300 МВт. Однако он важен не только из-за появления новых терминов, ведь вместе с новой терминологией создает упрощенный коридор для частных ядерных проектов.

В целом речь идет о политическом решении и изменении баланса в ядерной сфере: меньше парламентского контроля, появление частных игроков, но в то же время возникает ряд вопросов относительно долгосрочной ответственности.

Устранение роли Верховной Рады

Действующий закон о порядке принятия решений о размещении, проектировании и строительстве ядерных установок предусматривает, что такие решения принимаются Верховной Радой отдельным законом. Также в этом законе предусмотрены согласования с местными органами и учет мнения общественности на общественных слушаниях.

Новый законопроект №14164 предлагает исключить атомные электростанции и атомные станции теплоснабжения, в которых используются исключительно малые модульные реакторы, из перечня объектов, подпадающих под эту процедуру.

Аргумент сторонников такого изменения прост: если государство не тратит бюджетные средства, а частный инвестор готов строить самостоятельно, то парламентская процедура является излишним регулированием и может отпугивать инвесторов.

Это ошибочная логика. Ядерный реактор, пусть и небольшой, не перестает быть общественно значимым и рискованным объектом только потому, что деньги на его строительство частные.

Потенциальные последствия касаются не только инвестора. Уменьшение роли Верховной Рады — это уменьшение политической видимости решений в ядерной сфере. Там, где риски долгосрочны и общественно значимы, контроль должен быть не меньше, а больше.

Малые реакторы не такие уж и малые

Название "малый модульный реактор" может создавать впечатление, что речь идет о чем-то действительно маленьком, компактном, локальном и простом в управлении, но это не так.

В международной практике к малым модульным обычно относят реакторы мощностью до 300 МВт. Один такой реактор действительно меньше типичного современного крупного энергоблока мощностью 1000 МВт и более. Однако несколько реакторов по 300 МВт уже будут соответствовать масштабу крупной атомной станции.

Слово "малый" работает скорее как реклама, чем как описание масштаба. В Украине работают два блока ВВЭР-440 на Ровенской АЭС мощностью 440 МВт, и никто не называет их малыми, по крайней мере с точки зрения регулирования. Реактор на 300 МВт лишь на треть меньше такого блока, поэтому непонятно, почему он должен считаться малым.

Реакторы будут строить не по одному, а группами на одной площадке. В этом заключается бизнес-логика: начать с одного, а затем достраивать последующие, используя общую инфраструктуру. Проще говоря, только так они могут быть выгоднее крупных реакторов, по крайней мере, так об этом заявляют производители.

Это показывает пример Канады. Там пилотный проект предусматривает строительство четырех реакторов на одной площадке. В сумме — АЭС мощностью более 1000 МВт.

Это важно не только для восприятия масштаба, но и для регулирования. Модульность не отменяет необходимости в лицензировании, физической защите, контроле за топливом, обращении с отработавшим ядерным топливом и радиоактивными отходами.

Наоборот, если реакторов будет много, то государство получит больше объектов, которые нужно контролировать. Это означает дополнительную нагрузку на регулятора, органы безопасности, систему аварийного реагирования, местные власти и инфраструктуру обращения с отходами. Каждый реактор потребует отдельного надзора.

Харьковский пример

Показательные заявления мэра Харькова Игоря Терехова о том, что город рассматривает малые ядерные реакторы как часть будущей энергетической независимости. По его словам, важно иметь собственную энергосистему, которая позволит снижать тарифы. В публичных комментариях он называл такие технологии абсолютно безопасными.

Критическую инфраструктуру Харькова с 2022 года постоянно обстреливает Россия. Городские власти не раз говорили о необходимости создания "энергетического острова", чтобы уменьшить зависимость от внешнего электроснабжения.

Однако реально ли гарантировать безопасность ядерной установки в регионе, который регулярно подвергается атакам? Кто будет отвечать за физическую защиту такого объекта? Будет ли у него дополнительная защита и кто за нее будет платить? Будет ли это экономически целесообразно по сравнению с альтернативами, например, солнечными электростанциями? Возможно ли обезопасить подобные объекты от поражения ракетой или дроном?

Сторонники атомной энергетики могут утверждать, что Россия до сих пор напрямую не наносила ударов по украинским АЭС. Однако это слабое основание для принятия долгосрочных решений. Нет гарантии, что логика сдерживания в отношении крупных станций автоматически распространится на более мелкие, новые и потенциально более многочисленные ядерные объекты.

Эта логика касается всей Украины, ведь пока существует Россия, до тех пор будет существовать угроза энергетической инфраструктуре. Следовательно, наиболее устойчивыми являются решения, которые можно быстро масштабировать, распределять между общинами и восстанавливать после повреждений.

Именно поэтому возобновляемые источники энергии и системы накопления должны стать первым ответом на кризис, а не послесловием к новым ядерным планам.

Меньше прозрачности при выборе площадок

Законопроект отменяет требование о рассмотрении как минимум трех альтернативных площадок перед выбором места для объекта. Это означает, что при обосновании решения не обязательно будет сравнивать возможные варианты.

Это может показаться незначительным изменением, но именно на этом этапе должны сравниваться варианты: по критериям безопасности, воздействия на окружающую среду, доступа к воде, близости к населенным пунктам, логистики, подключения к сетям, военных рисков.

Если убрать требование о наличии как минимум трех альтернативных площадок, то процедура станет проще, но в то же время менее прозрачной. Государству и застройщику будет легче продвигать конкретную площадку без достаточно убедительного объяснения, почему она лучше других возможных вариантов.

Это особенно важно, поскольку сторонники малых модульных реакторов продвигают их как вариант для перепрофилирования площадок тепловых электростанций. Такая логика понятна: на ТЭС есть промышленная территория, подключение к сетям, транспортная инфраструктура, персонал, часть инженерных систем.

Однако наличие инфраструктуры не означает пригодности площадки для ядерной установки. Для нее должны оцениваться ядерная и радиационная безопасность, физическая защита, аварийное планирование, водные ресурсы, риски для населения, обращение с топливом и отходами, а в условиях Украины – еще и риски вражеских ударов.

Именно поэтому отмена требования об альтернативных площадках — это не "уменьшение бюрократии". Это ослабление одного из механизмов, который заставляет обосновывать, почему ядерный объект должен появиться именно в этом конкретном месте.

Почему проект нельзя поддерживать

22 апреля 2026 года парламентский комитет по вопросам энергетики и жилищно-коммунальных услуг поддержал законопроект №14164. Это означает, что он прошел важный политический этап и вскоре может появиться в сессионном зале.

Документ открывает возможность частного строительства малых модульных реакторов, частной собственности на ядерное топливо, упрощает процедуры выбора площадок и предлагает вывести такие объекты из процедуры, требующей решения Верховной Рады. То есть этот акт упрощает процедуру для новых ядерных проектов.

Важно не допустить, чтобы это прошло под видом инновации или либерализации законодательства. Украина не нуждается в новой волне ядерных экспериментов. Ее энергетическая стратегия должна соответствовать реальности войны и восстановления.

Нам нужны решения, которые могут повысить устойчивость сообществ сейчас, а не в неопределенной перспективе. Это означает ставку на энергоэффективность, модернизацию сетей, децентрализованную энергетику на основе возобновляемых источников и систем накопления. Именно такие решения можно внедрять быстрее, масштабировать постепенно, распределять между общинами и восстанавливать после повреждений.

Законопроект №14164 не следует принимать ни в нынешней редакции, ни в качестве основы для продвижения малых модульных реакторов в Украине. Народные депутаты не должны поддерживать этот документ, а правительство должно направить политическое внимание и финансирование на решения, которые действительно укрепляют энергетическую устойчивость страны.